Сообщить об ошибке на сайте
URL
Ошибка
Технологический прорыв

Исследователям удалось обнаружить ключевой молекулярный и генетический переключатель. Механизм представляет собой белковый комплекс PRC1, который активирует выработку здоровой спермы и запускается строго в определенное время, сообщает EurekAlert.

Когда речь заходит о мужской репродуктивной функции, время решает все. Сейчас ученые находят все новые подтверждения того, как нарушение временных рамок может повлиять на мужское бесплодие или даже вызвать врожденные заболевания у потомства. Исследователи Children’s Hospital Medical Center в Цинциннати опубликовали отчет в журнале Genes & Development, в котором заявили, что обнаружили ключевой молекулярный и генетический переключатель, который активирует выработку здоровой спермы и запускается строго в определенное время.

Механизм представляет собой белковый комплекс и называется поликомб репрессивный комплекс 1 (PRC1). Ученые очень удивились, когда выяснилось, что именно PRC1 активирует специфические гены зародышевой линии и выработку здоровой спермы. Это происходит потому, что мужские особи млекопитающих, включая людей и мышей, рождаются с полным набором клеток репродуктивной зародышевой линии (включая наследственную генетику), необходимым для производства здорового потомства и качественной спермы.

Однако, в младенчестве и детстве сперма не фертильна. Оправдывая слово «репрессивный» в своем названии, PRC1 подавляет определенные гены и деактивирует выработку фертильной спермы до тех пор, пока индивид не достигнет половой зрелости.

В исследовании говорится, что у мышей, достигших репродуктивного возраста, изменяется структура PRC1. Он сбрасывает компоненты репродуктивных зародышевых генов, которые блокируют производство фертильной спермы, и заменяет их на компонент Sall4, который начинает сперматогенез — выработку активных сперматозоидов. «Больше всего нас интересовало, каким образом репродуктивным зародышевым генам удается активироваться в столь точное и предсказуемое время, — говорит Сатоши Намикава, ведущий специалист исследования и член Division of Reproductive Sciences в Cincinnati Children’s Perinatal Institute. — Оказалось, что PRC1 не только подавляет производство спермы, но и содействует активации генов, отвечающих за ее производство, когда приходит время».

Ученые также выяснили, что когда PRC1 разрушен либо отсутствует, животные рождаются с семенниками меньшего размера и впоследствии оказываются неспособны к воспроизводству здоровой спермы и потомства. Перед исследователями сейчас стоит задача выяснить, каким именно образом и почему PRC1 меняет свою функцию с репрессивной на вспомогательную.

Это открытие влечет за собой закономерные вопросы. Например, могут ли образ жизни или факторы окружающей среды повлиять на мужскую репродуктивную функцию через эпигенетику, а также может ли окружающая среда включать и выключать определенные гены в нашем организме. Также ученые будут выяснять, могут ли PRC1 и Sall4 помочь в лечении мужского бесплодия.

Ученые Института Фрэнсиса Крика (Великобритания) решили проблему генетического бесплодия мужчин. В эксперименте на мышах им удалось удалить у мужских особей лишнюю хромосому, которая и приводит к врожденному бесплодию.

Загрузка...
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram

«Хайтек» - новости онлайн по мере их появления

«Хайтек» Daily - подборки новостей 3 раза в день

Андрей Синогейкин, Wonder Technologies, — об искусственных алмазах
Тренды
Никита Бокарев, ESforce, — о деньгах, киберспорте и его немаргинальности
Тренды
YouTube-депрессия: как создатели популярных каналов боятся потерять подписчиков и разум
Тренды
Гельмут Райзингер, Orange Business Services, — об IIoT, 5G и телеком-стартапах
Мнения
«Робот берет вас на работу»: как искусственный интеллект, блокчейн и VR подбирают персонал
Мнения
Тренды
Телемедицина, роботы и умные дома: каким через 5 лет будет «оцифрованный» город в России
Мясная революция: как перейти от веганских заменителей к клеточным технологиям и биореакторам
Идеи
AI-выборы: как искусственный интеллект и голосовые помощники сделают демократию лучше
Тренды
Идеи
Тупик для беспилотников: как мечты разработчиков разбиваются о неожиданности на дорогах
Здесь нужен InsurTech: за какими стартапами будущее страхования
Мнения
Вирус лженауки в Google: как поисковые системы распространяют опасные мифы о прививках
Идеи
«Кто-то управляет моим домом»: как жертв домашнего насилия терроризируют с помощью умных устройств
Умный дом
Паскаль Фуа, EPFL, — о ключевых точках, глубоких нейросетях и эпиполярной геометрии
Мнения
20 фильмов о кибербезопасности, взломах и цифровых преступлениях
Тренды
Ян Лекун, Facebook: «Прогностические модели мира — решающее достижение в ИИ»
Мнения
Джианкарло Суччи: «Попытка спроектировать программу без багов — утопия»
Иннополис
Game out: Как видеоигры обучают детей-аутистов держать равновесие и узнавать людей
Тренды
Прослушка, контроль камеры и предсказание смерти пользователя: самые странные патенты Facebook
Кейсы
Цес Снук, QUVA: «Мы не хотим зависеть от крупных компаний, которые владеют всеми данными»
Мнения
Дмитрий Песков, АСИ: «В России традиционно долго запрягают, и в сфере IT мы только этим и занимаемся»
Иннополис
Мнения
ДНК-тесты: как генетические компании обманывают людей и разрушают семьи
Мануэль Маццара: «Для Facebook вы не покупатель, вы — продукт»
Иннополис
Тренды
Блокчейн, искусственное мясо и «смерть» смартфонов: что будет с технологиями через 10 лет
Витторио Феррари, Google: «Чтобы машина распознала книгу о Гарри Поттере нужна сложная математическая модель»
Мнения
7 медицинских технологий, которые скоро придут в российские больницы
Идеи
Руслан Зайдуллин, основатель Doc+, — о том, что делать Минздраву и о проблемах в российской медицине
Мнения
Ричард Вдовьяк, Philips: «В будущем диагностировать заболевания будут не только врачи, но и сами пациенты»
Тренды
Шедевры за биткоины: Как криптовалюта меняет рынок искусства
Блокчейн
Почему «московий» и «оганесон» устроили раскол между физиками и химиками?
Кейсы
Сэр Харшад Бадехиа — о бронежилетах будущего, русских математиках и металлургии
Тренды
«Надежнее золота»: блокчейн в цифрах
Блокчейн
Бас Лансдорп, Mars One: «Моя жена отдала бы все, чтобы не лететь на Марс»
Полет на Марс
Как big data, блокчейн и 3D-печать сделали пищу полезнее
Мнения
Томас Циммерман, IBM, — о том, как остановить конец света, спасая планктон
Тренды
Тренды
Без Siri, Алисы и «Окей, Google»: как и зачем нас подслушивают собственные телефоны
Шрада Агарвал, Outcome Health: «Когда человек знает о своей болезни, от этого выигрывает и он, и фарма»
Мнения
Тренды
«Дорогая, я ухожу от тебя к роботу!»: заменят ли секс-андроиды реальные отношения?
7 правил для начинающих и разумных блокчейн-инвесторов
ICO
Четвертая революция: как интернет вещей изменит промышленность и нефтедобычу
Тренды
Не витайте в «облаках»: как провайдеры обманывают доверчивых клиентов
Мнения
Когда мы начнем летать на автомобилях в городе?
Тренды
Как в Россию проникают технологии: интернет-рестораны, маникюр на дому и «умное» страхование
Кейсы
Гендиректор Uber Дара Хосровшахи: «Автомобили должны ездить в трех измерениях»
Мнения
Олег Бабкин: «Системных администраторов никто не обучает, обучают только разработчиков»
Мнения
«Чтобы создать новое лекарство, нужно 10–12 лет и миллиард долларов»
Мнения
Новый стандарт рекламного рынка: что нужно знать о programmatic, чтобы рекламироваться эффективно
Тренды
Тренды
Сооснователь «Евросети» Тимур Артемьев: «Мы будем летать из Лондона в Сидней через космос. Так ближе»
Иван Горшунов, Etcetera, — о мобильных приложениях, стартапах и «внутренней девятиэтажке», которая мешает заглянуть за горизонт
Мнения
Билетный IT: как построить технологическую платформу вокруг билетного бизнеса
Кейсы