Сообщить об ошибке на сайте
URL
Ошибка
Кейсы

Тотальная автоматизация не лишит людей работы — обществу всегда будут нужны механики, электрики, повара и официанты, уверен президент организации WorldSkills International (WSI) Саймон Бартли. В интервью «Хайтеку» он рассказал, как сварщики влияют на экономику страны и когда среднее профессиональное образование сравняется по значимости с учебой в вузе.

— Изменилась ли миссия движения World Skills с 50-х годов?

— Нет. Когда Франциско Альберт-Видаль создавал World Skills в 50-е годы, он поставил перед собой три задачи. Во-первых, сделать участников соревнований ролевыми моделями для молодых людей, которые в будущем выйдут на рынок труда. Во-вторых, проводить встречи, на которых эксперты из разных стран и отраслей могли бы соревноваться и сравнивать себя друг с другом. И в-третьих, дать возможностям молодым профессионалам определить свое положение на мировой арене. Все три цели остаются актуальными и сегодня.

— Но, возможно, какие-то задачи поменялись?

— Многое изменилось с 50-х годов. Ни вас, ни меня тогда еще не было — хотя иногда я выгляжу так, как будто я родом из тех лет. Конечно, сегодня движение World Skills вышло за рамки соревнований. Чемпионат стал более масштабным, более качественным. В то же время у нас появилась собственная конференция, молодежный форум TVET, саммит министров. Мы также занимаемся исследовательской работой, развиваем кооперацию между странами. С этой точки зрения многое изменилось, но сама суть чемпионата осталась прежней.

— Вы отмечали в интервью, что планирует расширить список стран-участниц WS до 100. Для чего это необходимо?

— Как вы понимаете, в 1950-м году в движении состояло две страны — Испания и Португалия. А сейчас здесь под своими флагами выступают представители 59 стран. И хотя на чемпионате в Абу-Даби присутствует лишь 59 государств, всего в состав World Skills входит 78 стран-участниц. Одна из них — Пакистан — присоединилась буквально вчерашним утром.

Однако цифры — это далеко не все. Важно, что страны и главы государств интересуются сферой профессионального мастерства. В нашем движении участвуют все континенты, за исключением Антарктики. А это значит, что каждый континент понимает, как важно создавать разнообразие на рынке труда. Невозможно управлять экономикой, имея в своем распоряжении только бакалавров, магистров и докторов наук. Нужны люди, которые будут работать головой, сердцем и руками.

— Получается, что «валюта навыков» и экономический рост связаны напрямую?

— Я считаю, что одно положительно влияет на другое. По мере развития компетенций медленно и планомерно развиваться экономика. Как только экономическое положение улучшается, появляется возможность больше вкладываться в развитие навыков, что, опять же, приводит к экономическому росту.

hightech.fm / Виктория Пчелинцева

Также не стоит забывать, что малый бизнес — это основа предпринимательства. И он тоже строится на навыках. К примеру, сварщик проходит практику в компании, а затем уходит и создает собственное сварочное предприятие. Таким образом, навыки одного человека приводят к созданию новых рабочих мест и улучшению экономики в целом.

— Многие традиционные механизмы сегодня перестают работать из-за мощных технологических сдвигов. Как World Skills подходит к проблемам четвертой промышленной революции?

— Технологии меняются настолько стремительно, что трудно определить, какие из них будут востребованы в будущем, и включить их в программу чемпионата. Но прежде чем мы сможем внедрить их в программу, страны уже должны располагать достаточным количеством молодых специалистов, которые успели освоить новую компетенцию. Поэтому между появлением навыка и включением его в нашу программу проходит много времени.

К тому же мы пытаемся идентифицировать не только глобальные навыки, релевантные в будущем, но и уловить изменения традиционных компетенций. Если обратить внимание на технологии укладки кирпича, то мало что изменилось со времен Римской империи. Однако меняется подход к транспортировке кирпичей, их использованию, их изготовлению. Поэтому мы работаем не только над выявлением новых компетенций, но и над более эффективным применением старых.

— Представляет ли автоматизация угрозу обладателям средних профессиональных навыков?

— Думаю, что нет. В период промышленной революции в Британии тоже говорили, что скоро все останутся без работы. Но должен сказать, что количество работы со времен революции в Британии и других странах, которые она затронула, только увеличилось. Тогда думали так: если раньше над изготовлением копий вручную работало 100 человек, то теперь эту задачу будет выполнять машина под управлением трех рабочих, а остальные 97 умрут от голода. В итоге, каждый получил доступ к станку — просто копий стали выпускать в 30-40 раз больше. Технологии приводят к повышению эффективности — в этом их преимущество. И, есть надежда, что в будущем они также позволят нам больше времени проводить с семьей и заниматься любимым делом.

— Несмотря на сложности, есть ли сейчас какие-то эффективные методы предсказания навыков будущего?

— Я думаю, лучше всего о будущем осведомлено российское Агентство стратегических инициатив. Они проводят передовые исследования того, каким будет мир в ближайшие годы. Но и я могу с уверенностью сказать, более того, я обещаю, что через 200 лет, когда на дорогах будут беспилотники и электромобили, люди по-прежнему захотят, чтобы кто-то приготовил им ужин на день рождения или годовщину свадьбы. Так что повара и сотрудники ресторанного бизнеса будут существовать всегда. Нам всегда будут нужны сантехники, которые придут и починят туалет. И нам всегда будут нужны электрики, которые починят свет в доме. Просто подход к работе усовершенствуется, но сама работа никуда не денется.

— Говоря о России, какие рычаги World Skills дает стране?

— Россия присоединилась к движению, когда я был президентом World Skills International, и будет принимать следующий мировой чемпионат в Казани, когда я все еще буду президентом. При этом я на этом посту всего 8 лет, а страна прошла путь от участницы до площадки чемпионата. Это впечатляет.

Развитие компетенций и участие в чемпионатах поможет России создать инфраструктуру навыков, ввести новые государственные стандарты и дать молодым профессионалам больше возможностей для роста.

Российская экономика большей частью основана на добыче нефти, газа, полезных ископаемых. Рано или поздно эти ресурсы во всем мире иссякнут. Поэтому для России особенно важно готовить людей к работе на умном производстве.

— Однако пока в стране слишком высок престиж высшего образования. Университетская степень считается необходимым условием успеха.

— Могу поспорить, что через 20 лет ценность среднего профессионального образования в представлении большинства сравняется с ценностью высшего образования. По-другому не может быть. Мы уже достигли предела насыщения на рынке труда — во всем мире вузы выпускают все больше специалистов, при этом рабочих мест для людей с таким образованием становится недостаточно. Но учителя и родители по-прежнему убеждают молодых людей поступать в университет.

Если все умные люди будут идти в вузы, то некому будет развивать технологии, которым не учат в университетах. Инженер с университетской степенью может разработать робота и отправить его на фабрику выпускать автомобили или упаковывать в бутылки пиво или водку. Но если робот сломается, чинить его будет не магистр и не доктор наук, а механик, который изучал технологии на практике и начал свою карьеру в 16-17 лет.

Загрузка...
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram

«Хайтек» - новости онлайн по мере их появления

«Хайтек» Daily - подборки новостей 3 раза в день

Слишком опасный нанопластик: как одноразовые пакеты превращаются в частицы-убийцы
Тренды
Человек и квантовая теория: существует ли то, что мы не наблюдаем
Идеи
Здесь может быть ваша реклама: НАСА планирует заработать на космосе миллионы
Тренды
Опасный криптотрейдинг: как киберпреступники угрожают виртуальным сбережениям и биржам
Тренды
Тренды
Как через 20 лет будет выглядеть армия будущего
5 финансовых инструментов, которые помогут инвесторам даже после падения криптовалюты
Тренды
Александр Лямин, Qrator Labs: наша задача — выработать у людей цифровую гигиену, чтобы они «не ели с помойки»
Кейсы
Эдуард Фош Вильяронга: люди видят в роботе только внешность, забывая, что он следит за ними
Тренды
Доктор Куэй Во-Райнард, HIT Foundation: если страна требует суверенитета данных, мы построим для нее отдельный блокчейн
Кейсы
Идеи
«Хакинтош»: как собрать свой собственный Mac лучше, чем у Apple
Роботы против мигрантов: какой вклад в ксенофобию и расизм делают технологии ИИ
Тренды
Война скриптов — искусственный интеллект против навязчивой рекламы
Тренды
Как заново изобрести супермаркет: осознанность потребления, этика производства и роботы
Тренды
Каждый человек станет сам себе банком: цифровой мир отказывается от посредников между бизнесом и клиентом
Тренды
Архитектор вычислительной инфраструктуры «Платона» Александр Варламов — о будущем ИТ-индустрии в России, стартапах и разработке
Кейсы
Дмитрий Богданов, капитан сборной России по CS:GO — о стиле жизни киберспортсмена, тренировках и блокировках РКН
Тренды
Идеи
Космос — наш дом: что осталось решить ученым, чтобы поселить человека за пределами Земли
Прайсинг, трекинг, скоринг, биллинг и другие технологии, которые двигают российский бизнес
Тренды
«Педиатр 24/7»: как телемед-стартап подарил родителям спокойствие, а врачам — работу
Кейсы
Вас снова обманули: как человечество учит компьютеры определять фейки в интернете
Тренды
БиСи Бирман, Heavy Projects: ИИ должен иметь несовершенства — это элемент случая
Мнения
Артем Геллер, lab.ag: делая сервис для государства, ты помогаешь своей бабушке
Мнения
Акселераторы и инкубаторы: что выбрать стартапу на раннем этапе развития
Мнения
Вопрос доверия: как и почему изменилось отношение к телемедицине в России
Тренды
Правительственные криптопесочницы: как освободить финтех от давления закона и защитить потребителей
Тренды
Кейсы
Роман Нестер, Segmento: я верю корпорациям больше, чем маленьким компаниям
Суперагенты в недвижимости: как блокчейн и большие данные заменяют риелторов
Тренды
СМИ будущего: вертикальные видео, новости по запросу и смерть сайтов
Тренды
Тренды
Колонизация отменяется: почему терраформирование невозможно на Марсе
Сет Стивенс-Давидовиц: у людей гораздо больше непристойных и скверных мыслей, чем мы думали
Мнения
Умные города подвергают своих жителей опасности из-за датчиков освещения и радиации
Тренды
Геронтолог Обри ди Грей: жизнь длиной в тысячу лет — это побочный эффект поиска вечного здоровья
Мнения
Биоценоз в фарме: зачем нужна альтернатива антибиотикам и как работают лекарства нового поколения
Тренды
Чарльз Адлер, co-founder Kickstarter: я — панк-рокер, который раздвигает границы
Кейсы
Как ИИ меняет медицину: личный помощник для врачей, маршрутизатор в клиниках и разработчик лекарств
Кейсы
Эдвин Диндер, Huawei Technologies: умный город — это ничто
Мнения
«Если изобретение с ИИ не приносит пользу, сам продукт никому не нужен»
Мнения
Feature engineering: шесть шагов для создания успешной модели машинного обучения
Тренды
Карло Ратти, Senseable City Laboratory (MIT) — о городах будущего, третьей коже человека и роболодках
Тренды
Мнения
Человек — это набор из пяти чисел: Игорь Волжанин, DataSine — о психотипировании с помощью big data
Мы все — сенсоры: CEO SQream Ами Галь — о том, как обрабатывают big data
Кейсы
Что такое скрапинг: как Amazon, Walmart и другие ритейлеры используют ботов в борьбе с конкурентами
Идеи
Почему китайские подлодки-беспилотники станут самым опасным врагом под водой?
Идеи
Филипп Роуд, LSE Cities: самый кошмарный сценарий — беспилотники, ездящие по городу, чтобы не платить за парковку
Мнения
Юрий Корженевский — о том, как построить безопасные системы для банков на блокчейне
Блокчейн
MyGenetics: ДНК-тесты, помогающие «взломать» организм, как компьютер
Тренды
Иннополис
Russian Robot Olympiad: как дети строят роботов и решают реальные инженерные проблемы
Trade-to-Mine: как биржи привлекают трейдеров в условиях падения рынка
Блокчейн
Дмитрий Фадин, 3D Bioprinting Solutions — о будущем биопринтинга и печати органов в космосе
Мнения