Сообщить об ошибке на сайте
URL
Ошибка
Мнения

Медики каждую неделю публикуют исследования, в которых представляют полученные с помощью генной инженерии лекарства от рака, диабета и едва ли не всех врожденных заболеваний. Однако, по мнению колумниста Guardian Робина Макки, ученые слишком часто прибегают к сенсационным заявлениям. Большинство открытий — это лишь первые шаги в многолетней истории проб и ошибок, особенно если это касается генного редактирования. Поэтому ждать первых революционных препаратов стоит не раньше, чем через четверть века.

Научные статьи по медицине все чаще стали злоупотреблять словом «лекарство», пишет в своей колонке редактор отдела науки и технологии Guardian Робин Макки. Он отмечает, что обычно медики осторожны в своих высказываниях, но в последнее время эта аккуратность в терминах исчезла.

Макки приводит в пример недавнее открытие британских медиков, которое позволило увеличить свертываемость крови у 85% пациентов с гемофилией. Всемирная федерация гемофилии отметила, что новая методика «открывает путь к разработке лекарства» от болезни, которой страдает 400 000 человек по всему миру. Другой пример — открытие ученых из Университетского колледжа Лондона, которое позволило подавить формирование белков, характерных для болезни Гентингтона. Эксперты признали технологию «огромными шагом вперед».

МакКи подчеркивает, что оба открытия нельзя приравнивать к созданию настоящих лекарств. Разработки медиков лишь указывают на возможные методы лечения, которые будут разработаны в будущем.

Аналитик считает, что немалую роль в сенсационности обоих методов сыграло применение генной терапии. Молекулярные биологи открыли способ редактирования ДНК 25 лет назад, и уже тогда речь шла о скором избавлении от сотен тяжелых заболеваний, включая рак, гемофилию и болезнь Альцгеймера, но ничего этого пока что не произошло.

Генная терапия оказалась не такой безопасной, как надеялись ученые. В ходе клинических испытаний некоторые пациенты умирали, а некоторые испытывали тяжелые побочные эффекты. «За последние пару десятков лет репутация генной терапии изменилась. Теперь это не панацея от всех болезней, а метод, который люди побоялись бы применять даже для лечения собаки», — цитирует Макки одного из пионеров метода генной терапии профессора Эрика Элтона.

Генетики постоянно говорят, что любая болезнь — это комплекс процессов, происходящих в организме. И задача ученых — отследить путь от процесса до симптомов. Обычно на это уходят долгие годы. Так, на то, чтобы понять, какой ген провоцирует болезнь Гентингтона, ушло около 25 лет.

Несмотря на сотни препятствий и сложностей, ученые продолжают исследовать метод генной терапии. Появляются первые перспективные результаты, и Макки признает их значимость. Однако СМИ, по мнению колумниста, не заинтересованы в историях многочисленных провалов, ошибок и повторений. Отсюда смелые заявления и излишне оптимистичные прогнозы. К примеру, многие прогнозируют, что генная терапия получит широкое распространение через 5 лет. Макки уверен, что придется подождать на 20 лет больше.

Загрузка...
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram

«Хайтек» - новости онлайн по мере их появления

«Хайтек» Daily - подборки новостей 3 раза в день

Андрей Синогейкин, Wonder Technologies, — об искусственных алмазах
Тренды
Никита Бокарев, ESforce, — о деньгах, киберспорте и его немаргинальности
Тренды
YouTube-депрессия: как создатели популярных каналов боятся потерять подписчиков и разум
Тренды
Гельмут Райзингер, Orange Business Services, — об IIoT, 5G и телеком-стартапах
Мнения
«Робот берет вас на работу»: как искусственный интеллект, блокчейн и VR подбирают персонал
Мнения
Тренды
Телемедицина, роботы и умные дома: каким через 5 лет будет «оцифрованный» город в России
Мясная революция: как перейти от веганских заменителей к клеточным технологиям и биореакторам
Идеи
AI-выборы: как искусственный интеллект и голосовые помощники сделают демократию лучше
Тренды
Идеи
Тупик для беспилотников: как мечты разработчиков разбиваются о неожиданности на дорогах
Здесь нужен InsurTech: за какими стартапами будущее страхования
Мнения
Вирус лженауки в Google: как поисковые системы распространяют опасные мифы о прививках
Идеи
«Кто-то управляет моим домом»: как жертв домашнего насилия терроризируют с помощью умных устройств
Умный дом
Паскаль Фуа, EPFL, — о ключевых точках, глубоких нейросетях и эпиполярной геометрии
Мнения
20 фильмов о кибербезопасности, взломах и цифровых преступлениях
Тренды
Ян Лекун, Facebook: «Прогностические модели мира — решающее достижение в ИИ»
Мнения
Джианкарло Суччи: «Попытка спроектировать программу без багов — утопия»
Иннополис
Game out: Как видеоигры обучают детей-аутистов держать равновесие и узнавать людей
Тренды
Прослушка, контроль камеры и предсказание смерти пользователя: самые странные патенты Facebook
Кейсы
Цес Снук, QUVA: «Мы не хотим зависеть от крупных компаний, которые владеют всеми данными»
Мнения
Дмитрий Песков, АСИ: «В России традиционно долго запрягают, и в сфере IT мы только этим и занимаемся»
Иннополис
Мнения
ДНК-тесты: как генетические компании обманывают людей и разрушают семьи
Мануэль Маццара: «Для Facebook вы не покупатель, вы — продукт»
Иннополис
Тренды
Блокчейн, искусственное мясо и «смерть» смартфонов: что будет с технологиями через 10 лет
Витторио Феррари, Google: «Чтобы машина распознала книгу о Гарри Поттере нужна сложная математическая модель»
Мнения
7 медицинских технологий, которые скоро придут в российские больницы
Идеи
Руслан Зайдуллин, основатель Doc+, — о том, что делать Минздраву и о проблемах в российской медицине
Мнения
Ричард Вдовьяк, Philips: «В будущем диагностировать заболевания будут не только врачи, но и сами пациенты»
Тренды
Шедевры за биткоины: Как криптовалюта меняет рынок искусства
Блокчейн
Почему «московий» и «оганесон» устроили раскол между физиками и химиками?
Кейсы
Сэр Харшад Бадехиа — о бронежилетах будущего, русских математиках и металлургии
Тренды
«Надежнее золота»: блокчейн в цифрах
Блокчейн
Бас Лансдорп, Mars One: «Моя жена отдала бы все, чтобы не лететь на Марс»
Полет на Марс
Как big data, блокчейн и 3D-печать сделали пищу полезнее
Мнения
Томас Циммерман, IBM, — о том, как остановить конец света, спасая планктон
Тренды
Тренды
Без Siri, Алисы и «Окей, Google»: как и зачем нас подслушивают собственные телефоны
Шрада Агарвал, Outcome Health: «Когда человек знает о своей болезни, от этого выигрывает и он, и фарма»
Мнения
Тренды
«Дорогая, я ухожу от тебя к роботу!»: заменят ли секс-андроиды реальные отношения?
7 правил для начинающих и разумных блокчейн-инвесторов
ICO
Четвертая революция: как интернет вещей изменит промышленность и нефтедобычу
Тренды
Не витайте в «облаках»: как провайдеры обманывают доверчивых клиентов
Мнения
Когда мы начнем летать на автомобилях в городе?
Тренды
Как в Россию проникают технологии: интернет-рестораны, маникюр на дому и «умное» страхование
Кейсы
Гендиректор Uber Дара Хосровшахи: «Автомобили должны ездить в трех измерениях»
Мнения
Олег Бабкин: «Системных администраторов никто не обучает, обучают только разработчиков»
Мнения
«Чтобы создать новое лекарство, нужно 10–12 лет и миллиард долларов»
Мнения
Новый стандарт рекламного рынка: что нужно знать о programmatic, чтобы рекламироваться эффективно
Тренды
Тренды
Сооснователь «Евросети» Тимур Артемьев: «Мы будем летать из Лондона в Сидней через космос. Так ближе»
Иван Горшунов, Etcetera, — о мобильных приложениях, стартапах и «внутренней девятиэтажке», которая мешает заглянуть за горизонт
Мнения
Билетный IT: как построить технологическую платформу вокруг билетного бизнеса
Кейсы