Сообщить об ошибке на сайте
URL
Ошибка
Мнения

В Москве на конференции «АМОКОНФ» выступил сооснователь Applе Стив Возняк. Инженер, создавший один из первых успешных серийных персональных компьютеров, возводит свою изобретательскую биографию к играм; и в бизнесе, и в технологиях считает главным человечность (от интуитивности интерфейсов до этичности корпоративных отношений) и скептически относится к идее вечной жизни. «Хайтек» с небольшими сокращениями публикует расшифровку его выступления — о мощных компьютерах и гениальных людях, ошибках и успехе глазами инженера и десяти жизнях в Apple и после нее.

Сделать компьютер человечным

У меня с детства было две цели: стать инженером, чтобы помогать людям, и наслаждаться жизнью. Поэтому я хотел понять, как мой отец-инженер создавал все эти радиотранзисторы и аналоговую электронику.

Как-то я сказал отцу: «Однажды у меня будет собственный мини-компьютер». Он ответил: «Стив, эта штука будет стоить как дом». «Ничего, — сказал я, — тогда я арендую однушку. Но однажды я обязательно буду распоряжаться собственным компьютером». Я говорил так, потому что компьютер — это сила, которая может решать задачи, помогать людям.

В то время вместо компьютеров у нас были только печатные машинки — большие металлическими коробки, где ничего не было понятно. Они устрашали обычных людей. А я сделал собственный компьютер и начал создавать для него игры — тогда они занимали значительную часть моей жизни.

Мой первый продукт, 10 лет кормивший компанию, — это Apple 2, первый компьютер, на котором можно было играть в аркадные игры в цвете и который можно было использовать для программирования. Остальные компьютеры тогда использовались для технических вещей — налоги, продажи, аудит, — но кому это надо? А вот игры хотели все. Игры — это то, что заставило людей массово покупать компьютеры.

Мы делали все возможное, чтобы сделать компьютер максимально человечным. Например, чтобы сделать компьютер еще доступнее для простых людей, а не только для экспертов, в Apple придумали мышку. Теперь не нужно было запоминать команды и их последовательность, достаточно было кликнуть или перетащить файл из одной папки в другую. Это я называю «гуманизацией компьютерной индустрии».

Смартфон — очень производительное устройство, и современные компьютеры намного мощнее чем те, что создавал я. Компьютеры способны на многое. Но большинство людей используют их, чтобы, нажав на иконку, сделать то, что для них уже запрограммировали.

Кто-то скажет: технологии — это плохо. Но для чего вообще родился человек? Для того чтобы постигать этот мир и улучшать его. Зачем нам законы Исаака Ньютона или Эйнштейна? Они все пытались изменить мир. Эволюция создает то, что мы называем «креативом». Так будет всегда, и это хорошо.

«Интеллект» — не значит «мозг»

Ключевое слово в понятии «искусственный интеллект» — не «интеллект», а «искусственный». «Интеллект» — это не то же самое, что человеческий мозг. Для нас пока загадка, как запрограммирован человеческий мозг и как он принимает решения.

Для своей первой программы — шахмат — я написал алгоритм, который позволял черному коню переходить с клетки на клетку, а потом подсчитал, что потребуется 10 в 23 степени лет, чтобы компьютер его обработал. Я подумал: что я делаю не так? Если человеческий мозг может решить эту проблему, а компьютер — нет, значит, мозг работает как-то иначе.

Siri распознает речь и отвечает человеческим языком, но заменить человека полностью пока не может. Если спросить: «Siri, какие пять самых крупных озер в мире?» — она сможет проранжировать их. Но если ты скажешь «пять озер, ой, нет, шесть» — она не поймет, что ты ошибся. То есть пока еще ИИ не может заменить человека полностью.

Для меня было важно, что компьютер понимает меня: когда Apple создала первый планшет, который распознавал речевые команды, я пользовался этой функцией для набора номера, хотя проще и быстрее было набрать номер.

Может быть, в точке сингулярности мы сможем создавать такие машины, которые по своей способности будут равны мозгу. ИИ будет самым обучаемым и будет бесконечно развиваться. Но пока — возьмем тот же навигатор: сколько аварий было из-за него?

ИИ всегда будет нуждаться в человеке. Конечно, по мнению некоторых, искусственный интеллект станет настолько производительным, что люди будут не нужны. Но я не понимаю, как это может быть. Даже если машина сможет общаться как человек (вы только представьте себе, насколько сложно этого достичь), человек всегда будет важнее машины.


Стив Возняк — о технологиях, которые его не впечатлили

Я хотел понять, как жить с биткоином, и начал экспериментировать — хотел найти рестораны и отели, в которых можно им расплачиваться. Но поскольку эмиссия биткоинов ограничена (в отличие от других валют), спрос на них растет, а с ним и цена. Все смотрели на график, где биткоин растет до $8 тыс., $10 тыс., $13 тыс. В какой-то момент я понял, что это лишний стресс, — мне надоело считать, в плюсе я или в минусе, поэтому я продал биткоины и эксперимент закончился. Мне кажется, должно пройти время, прежде чем биткоин полноценно себя реализует.

Продление жизни меня не интересует. У меня уже было десять разных жизней — я был основателем, инженером, преподавателем, зачем мне еще какие-то жизни? Продолжительность жизни и так растет, но сейчас мы достигли плато. Мы изобрели вещи, которые помогают нам физически, но мы ничего не изменили на уровне клетки. Но я понимаю, почему идея вечной жизни так популярна, — посмотрите голливудские фильмы, они скормили массам эту идею.

Успех глазами инженера

Нет правильного ответа на вопрос, начинать бизнес в одиночку или с партнером. В Apple нам нужна была основа — человек, который понимал, кого нанять, чтобы сформировалась технологичная компания. Нужен был маркетолог, чтобы знать, как и за сколько продавать продукт. И сильные инженеры, которые обернули бы продукт в правильную обертку. Это три человека — хотя, может, хватило бы и одного.

Не забывайте, что при создании продукта всегда нужны инженеры — это ключевое звено. Они предложат варианты — что можно сделать с вашим продуктом.

Стив был гениальным маркетологом, знал, что нужно людям и как будет развиваться мир, но никаким технарем — а в голливудских фильмах все наоборот. Единственный рентабельный компьютер Apple 2 я создал еще до появления компании. В фильме «Джобс: Империя соблазна» Стив приезжает куда-то, находит меня в подвале, отводит в клуб к другим технарям — стоп-стоп-стоп, но Джобс даже не знал про этот клуб, это не он меня притащил туда, а я его. Они все перепутали! А могли почитать мою книгу или позвонить мне, я бы все им рассказал.

У меня были стартапы, где я не достиг своих целей, и они просто исчезли, но для меня любой провал или неудача в жизни — совершенно естественны. Я не считаю это ошибками. Решения сыпались из меня как из рога изобилия, я потом смотрел на них и думал: «Как я вообще до этого додумался?». Я даже не воспринимал ошибки как ошибки: у меня просто был проект, я пробовал еще и еще.

Когда я только начинал — много думал про успех и решил, что хочу получать наслаждение от жизни. Лучше так, чем я буду суперуспешным человеком, который лишил себя радостей. Дело должно приносить удовольствие, нужно всячески стараться не ругаться: подумаешь, кто-то поцарапал твою машину или опоздал на 5 минут, ничего страшного. Всю жизнь я стараюсь быть позитивным, для меня это важнее финансов.

Проблема многих крупных корпораций, особенно тех, что торгуются публично, в том, что их владельцы думают только о деньгах. Но есть другая порода владельцев — основатели, у которых есть ценности, идеалы, они думают о социальной ответственности и пользе для общества.

Компания должна заботиться о сотрудниках. В Hewlett-Packard, где я работал до Apple, считалось, что все мы большая семья, и когда компания зарабатывала, прибыль распределялась в виде акций, — я чувствовал себя не винтиком в механизме, а совладельцем. Когда Apple стала публичной компанией и провела IPO, три основателя — я, Стив Джобс и Рональд Уэйн — стали сверхбогатыми. Но почему этого не стало с теми, кто был с нами, предлагал идеи, поддерживал нас? Я отдал часть своих акций пяти другим людям, потому что если бы не они, меня не было бы в компании.

Главная ценность для меня — правда: не путай, не наводи туман, не обманывай людей, особенно ради денег.

Если вы поймете, что хотите делать, и это будет хорошо у вас получаться, следуйте за своей страстью. Мне никогда не были интересны деньги, я не хотел стать генеральным директором — я просто любил инженерное искусство. Когда разбогател, я раздал деньги фондам, школам, университетам, — мне они не нужны, теперь вот выступаю, чтобы прокормить себя и семью.

Загрузка...
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram

«Хайтек» - новости онлайн по мере их появления

«Хайтек» Daily - подборки новостей 3 раза в день

Колонизация отменяется: почему терраформирование невозможно на Марсе
Тренды
Сет Стивенс-Давидовиц: у людей гораздо больше непристойных и скверных мыслей, чем мы думали
Мнения
Умные города подвергают своих жителей опасности из-за датчиков освещения и радиации
Тренды
Биоценоз в фарме: зачем нужна альтернатива антибиотикам и как работают лекарства нового поколения
Тренды
Мнения
Геронтолог Обри ди Грей: жизнь длиной в тысячу лет — это побочный эффект поиска вечного здоровья
Чарльз Адлер, co-founder Kickstarter: я — панк-рокер, который раздвигает границы
Кейсы
Как ИИ меняет медицину: личный помощник для врачей, маршрутизатор в клиниках и разработчик лекарств
Кейсы
Эдвин Диндер, Huawei Technologies: умный город — это ничто
Мнения
«Если изобретение с ИИ не приносит пользу, сам продукт никому не нужен»
Мнения
Feature engineering: шесть шагов для создания успешной модели машинного обучения
Тренды
Карло Ратти, Senseable City Laboratory (MIT) — о городах будущего, третьей коже человека и роболодках
Тренды
Мнения
Человек — это набор из пяти чисел: Игорь Волжанин, DataSine — о психотипировании с помощью big data
Мы все — сенсоры: CEO SQream Ами Галь — о том, как обрабатывают big data
Кейсы
Что такое скрапинг: как Amazon, Walmart и другие ритейлеры используют ботов в борьбе с конкурентами
Идеи
Почему китайские подлодки-беспилотники станут самым опасным врагом под водой?
Идеи
Филипп Роуд, LSE Cities: самый кошмарный сценарий — беспилотники, ездящие по городу, чтобы не платить за парковку
Мнения
Юрий Корженевский — о том, как построить безопасные системы для банков на блокчейне
Блокчейн
MyGenetics: ДНК-тесты, помогающие «взломать» организм, как компьютер
Тренды
Иннополис
Russian Robot Olympiad: как дети строят роботов и решают реальные инженерные проблемы
Trade-to-Mine: как биржи привлекают трейдеров в условиях падения рынка
Блокчейн
Дмитрий Фадин, 3D Bioprinting Solutions — о будущем биопринтинга и печати органов в космосе
Мнения
IoT изменит все: какие умные технологии принесут бизнесу экономию, безопасность и инновации
Тренды
Как высокие технологии побуждают нас покупать билеты и туристические услуги
Тренды
Чем плоха Кремниевая долина для IT-стартапов из России: дорого, неудобно и нет транспорта
Мнения
Жить по-умному: как защитить свой дом и не бояться киберугроз
Умный дом
Андрей Синогейкин, Wonder Technologies, — об искусственных алмазах
Тренды
Никита Бокарев, ESforce, — о деньгах, киберспорте и его немаргинальности
Тренды
Тренды
YouTube-депрессия: как создатели популярных каналов боятся потерять подписчиков и разум
Гельмут Райзингер, Orange Business Services, — об IIoT, 5G и телеком-стартапах
Мнения
«Робот берет вас на работу»: как искусственный интеллект, блокчейн и VR подбирают персонал
Мнения
Телемедицина, роботы и умные дома: каким через 5 лет будет «оцифрованный» город в России
Тренды
Мясная революция: как перейти от веганских заменителей к клеточным технологиям и биореакторам
Идеи
AI-выборы: как искусственный интеллект и голосовые помощники сделают демократию лучше
Тренды
Идеи
Тупик для беспилотников: как мечты разработчиков разбиваются о неожиданности на дорогах
Здесь нужен InsurTech: за какими стартапами будущее страхования
Мнения
Идеи
Вирус лженауки в Google: как поисковые системы распространяют опасные мифы о прививках
«Кто-то управляет моим домом»: как жертв домашнего насилия терроризируют с помощью умных устройств
Умный дом
Паскаль Фуа, EPFL, — о ключевых точках, глубоких нейросетях и эпиполярной геометрии
Мнения
20 фильмов о кибербезопасности, взломах и цифровых преступлениях
Тренды
Ян Лекун, Facebook: прогностические модели мира — решающее достижение в ИИ
Мнения
Джианкарло Суччи: «Попытка спроектировать программу без багов — утопия»
Иннополис
Game out: Как видеоигры обучают детей-аутистов держать равновесие и узнавать людей
Тренды
Прослушка, контроль камеры и предсказание смерти пользователя: самые странные патенты Facebook
Кейсы
Цес Снук, QUVA: мы не хотим зависеть от крупных компаний, которые владеют всеми данными
Мнения
Дмитрий Песков, АСИ: «В России традиционно долго запрягают, и в сфере IT мы только этим и занимаемся»
Иннополис
ДНК-тесты: как генетические компании обманывают людей и разрушают семьи
Мнения
Мануэль Маццара: «Для Facebook вы не покупатель, вы — продукт»
Иннополис
Тренды
Блокчейн, искусственное мясо и «смерть» смартфонов: что будет с технологиями через 10 лет
Витторио Феррари, Google: «Чтобы машина распознала книгу о Гарри Поттере нужна сложная математическая модель»
Мнения