Мнения

«Надеюсь, что умный холодильник не будет контролировать мой дом», — Дарвин Швайцер, Microsoft

Далее

Дарвин Швайцер руководит направлением искусственного интеллекта и big data в Microsoft, где он работает более 11 лет. Он преподает облачные вычисления в Университете Вашингтона и обучает на волонтерских условиях педагогов в американских школах. Несмотря на свою вовлеченность в технологические процессы, Швайцер по-прежнему сдержанно смотрит в будущее, где ИИ заменит полностью человека. Интернет вещей, считает руководитель по развитию ИИ-платформы в Microsoft, вряд ли совершит переворот против человека, а будет использоваться как вспомогательный инструмент, делающий нашу жизнь лучше. «Хайтек» поговорил с  Дарвином Швайцером о четвертой промышленной революции, о том, как меняется мир уже сейчас под воздействием ИИ, и о настоящей цене бесплатных приложений.

Технологии нам помогают, но и люди тоже

— Какова ваша роль в Microsoft? Каково это — руководить направлением ИИ?

— Последние полгода я все время путешествую. Я провожу Дни ИИ в крупных городах по всему миру. Мы обучаем продавцов, чтобы они были в курсе продуктов Microsoft, связанных с ИИ, а также собираем обратную связь — ведь их вопросы приходят напрямую от потребителей. Например, вчера я давал обзор с точки зрения нашей платформы облачных вычислений Azure, рассказывал об ИИ-приложениях, когнитивном поиске, который позволяет искать информацию, изображения в неструктурированных документах — например, в форматах PDF или TIFF, а также об инструментах по глубокому и машинному обучению. Интересно, что в Москве у меня было одно из самых технологичных мероприятий, люди здесь задавали множество вопросов. Мы хотим вдохновить аудиторию, чтобы они не считали ИИ чем-то сложным и делали что-то свое, используя эти технологии. В конечном итоге это может помочь их карьере, компании или пользователям.


Microsoft Azure — название облачной платформы Microsoft. Она позволяет создавать, тестировать, развертывать и управлять приложениями, а также хранить и обрабатывать данные. Microsoft Azure предоставляет три облачные модели: ПО как услуга (SaaS), платформа как услуга (PaaS) и инфраструктура как услуга (IaaS).

Кроме того, Azure поддерживает множество различных языков программирования, инструментов и платформ, включая как продукты Microsoft, так и разработки сторонних производителей.

Основные особенности данной модели:

  • оплата только потребленных ресурсов;
  • общая, многопоточная структура вычислений;
  • абстракция от инфраструктуры.

— И что больше всего беспокоит пользователей?

— Наверное, потеря рабочих мест. Но Microsoft хочет усилить или дополнить имеющиеся рабочие места. Это как в тяжелой промышленности, где экскаваторы перемещают огромные глыбы гораздо безопаснее. Таким же образом технологии могут сделать работу представителей различных профессий более эффективной и облегчить выполнение ряда задач.

Мы не пытаемся заместить людей, их работа станет безопаснее и интереснее, круг возможностей — шире. Я бы назвал это четвертой индустриальной революцией.

Дарвин Швайцер

— А что касается интернета вещей? Все эти холодильники, чайники, захватывающие мир?

— У меня нет умных вещей дома. Есть Alexa, но я ее использую, чтобы включить музыку и иногда — чтобы узнать температуру. Но я считаю, что умные устройства могут быть суперполезными, например, для сохранения такого важного ресурса, как электричество. Москва может справиться с сильным снегопадом, а вот Сиэтл, где я живу, — нет. У Microsoft в Сиэтле офисы давно умные: когда идет снег, электроприборы и свет в зданиях автоматически отключаются, потому что никто все равно не придет. Возможно, холодильник сможет мне противостоять, когда я захочу в него заглянуть ночью, но, надеюсь, он не начнет управлять моим домом.

Фото: Влад Шатило / «Хайтек»

— То, что у вас нет дома умных устройств, — это личные принципы?

— Нет, я — просто смесь старого и нового. Я оплачиваю счета онлайн, при этом выписываю чеки. Кроме того, средняя продолжительность жизнь холодильника или обогревателя около десяти лет, не так часто приходится их менять. Я бы хотел добавить умный термостат, устройство, которое бы само включало и выключало электричество, замок на дверь, который впускал бы доставщика с Amazon. Но в последнее время я редко бываю дома настолько долго, чтобы заскучать и заняться этим проектом.

— Вы ощущаете, насколько ИИ проник в нашу жизнь?

— Я как-то потерялся в Шанхае, и мой телефон не работал, я заходил в разные офисы, магазины, и все помогали, общаясь через приложение для перевода Microsoft Translator. А еще я оставил бумажник с документами в аэропорту Нарита, в Токио, но подключился к бесплатному интернету и попросил местного бота показать дорогу к информационной стойке, где меня ждали мои документы. Еще одна история случилась со мной в ГУМе на Красной площади — я купил там жене украшения к Рождеству и оставил сумку, через минуту меня постучал по плечу какой-то парень и протянул эту сумку. Так что технологии нам очень помогают, но и люди тоже. В Нью-Йорке таксисты раньше заучивали кучу всего, сейчас им не нужно набирать столько лет опыта, чтобы работать.

Подготовить людей к новым ролям

— Я знаю, что вы преподаватель. Вы как-то включаете технологии в обучение?

— Я преподаю Java пару дней в неделю на волонтерских началах в рамках проекта TEALS (Technology Education and Literacy in Schools, технология обучения грамотности в школах — «Хайтек» ). В США не очень хорошо с компьютерными науками в школе, так что мы (Microsoft, а также иные технологические компании — «Хайтек») переобучаем учителей математики на Java-преподавателей, чтобы они растили будущих программистов и бизнес-аналитиков, которые в будущем могли бы работать в Microsoft, Amazon или Google. Учителя часто считают смартфоны проблемой, но если их включить в обучение, они очень помогают. Например, на них можно проходить интересные викторины и тесты во время урока. В школах, в которых я преподавал, с этого года студентам выдают ноутбук, и я вижу, что они гораздо быстрее усваивают материал, потому что работают на одном и том же устройстве. Не у всех дома есть интернет, так что мы раздаем его в школе. Также я переобучаю в Университете Вашингтона взрослых, желающих поменять карьеру. Обучаю их работе с сервисами облачных вычислений. Банковские работники могут, например, стать аналитиками благодаря этому.

Фото: Влад Шатило / «Хайтек»

— Как ИИ будет влиять на рабочие места?

— Есть мнение, что развитие искусственного интеллекта и робототехники приведет к очередной промышленной революции. Все предыдущие революции изменили рынок труда, потому что некоторые виды работ исчезли, но, с другой стороны, появились новые рабочие места. И мы должны подготовить людей к этим новым ролям.

— Расскажите об ИИ-платформе Microsoft.

— Машинное обучение используется в Microsoft не первый десяток лет — например, для идентификации спама. В 2012 стали доступны GPU, графические процессоры, и это взорвало мир глубокого обучения, сделало доступным распознавание фото и переводы. Microsoft занимается исследованиями в этой области. Что касается коммерческого применения, наша компания продает когнитивные сервисы в облаке Azure Cognitive Services. Благодаря им разработчики, не знакомые с наукой о данных, могут использовать существующие интерфейсы прикладного программирования в своих приложениях. Инженеры могут анализировать кучу данных из разных мест. В общем, наша идея — сделать ИИ очень демократичным.

— А какие существуют приложения, разработанные с помощью этой платформы?

— У нас есть приложение Seeing AI для людей с нарушениями зрения: когда наводишь телефон на объект, он его описывает вслух. Например, оно может помочь слепым или плохо видящим понять, правильно ли им дали сдачу. Мне 54, в стейкхаусах довольно темно, и мне сложно прочитать чек или меню.

Еще одно приложение BD Briight помогает диабетикам или просто людям, следящим за здоровьем. Например, можно спросить у него: «Можно ли мне есть вареники?» — и оно даст весь расклад. Такие приложения можно создать для людей с целиакией, для вегетарианцев.

В PowerPoint уже встроен синхронный перевод голоса в субтитры на 60 языках. И можно параллельно создавать текст презентации в Word. Microsoft Teams, наша корпоративная платформа, позволяет делать множество вещей: делиться рабочими экранами, показывать демо, записывать видео, в котором речь будет сразу распознаваться в текст, и даже опознавать известных спикеров и давать о них информацию.


Целиакия (глютеновая энтеропатия) — нарушение пищеварения, вызванное повреждением ворсинок тонкой кишки некоторыми пищевыми продуктами, содержащими определенные белки: глютен (клейковину) и близкие к нему белки злаков (авенин, гордеин и другие) в таких злаках, как пшеница, рожь, ячмень.


— Что будет дальше?

— Хотелось бы с помощью новых технологических инструментов поощрять в людях креативность. Было бы здорово потенциально иметь возможность, чтобы члены команды присутствовали на встречах в виде голограмм. Или чтобы дизайнеры создали кресло, и его можно было бы видеть и обсуждать одновременно в разных офисах. Чинить лифты с помощью технологий дополненной реальности.

— У вас есть специальная команда, которая работает над этическими вопросами по ИИ?

— Да, у нас есть специальный комитет AETHER (AI and Ethics in Engineering and Research, Искусственный интеллект и этика в разработке и исследованиях) , который занимается этикой ИИ. Мы хотим, чтобы инженеры, топ-менеджеры, исследователи, внешние организации встречались на регулярной основе и обсуждали этические вопросы. У Microsoft эти вопросы идут как снизу вверх — от разработчиков к администрации, так и сверху вниз — от руководителей к инженерам.

Настоящая цена бесплатных приложений

— Какие лично у вас принципы цифровой гигиены? Как вы защищаете себя?

— У меня много разных девайсов — и Android, и Mac, и Windows, на них стоят антивирусы. Wi-Fi запаролен, я c осторожностью посещаю сайты, особенно, если на том же устройстве совершаю банковские операции. Я бы хотел на пенсии учить молодежь тому, как быть хорошими цифровыми гражданами, не использовать интернет для буллинга или присвоения чужого. Рассказывать, сколько на самом деле стоят бесплатные приложения. Ведь все их монетизируют так или иначе. Стоит ли это потери конфиденциальности. И просто безопасности — чтобы они не ходили по улице, уткнувшись в телефон.

— А как вы защищаете личную информацию?

— Со мной никогда не приключалось хайтек-преступлений, а вот лоутек — да, например, у меня воровали велосипед. Может, мне просто везло в интернете. Я обычно осторожен, но оптимистичен. Я использую двухфакторную идентификацию в почте — даже мой банковский счет не настолько защищен, как почта.

Фото: Влад Шатило / «Хайтек»

— По вашему мнению, насколько сложен сейчас ИИ по сравнению с человеческим мозгом?

— Мозг все еще гораздо более сложный, не могу сказать, насколько. Вся эта история началась в 1950, когда ИИ стал учиться имитации наших когнитивных способностей — зрения и прочего. В некоторых областях мы очень близко к этому подошли, в других нам предстоят годы и годы исследований. Квантовые компьютеры могут сильно все поменять.

Недавно у нас был такой опыт — конференция снималась на видео, одновременно создавалась аудиозапись, речь переводилась в текст и сразу на несколько языков — все эти материалы использовали для новостей на ТВ. На все это уходили считанные секунды.

— Значит ли это, что переводчики лишатся работы?

— Не думаю. Мы вчера во время презентации включили перевод моей речи на русский в субтитры в PowerPoint. Когда я шутил, контекст терялся, в остальном было неплохо, но не идеально. Еще когда я увлекаюсь и говорю быстро, бедные переводчики плавятся от усилий, и тут как раз помог бы машинный перевод. Так что не думаю, что переводчики исчезнут, а вот что касается стенографов, которые делали записи для заседаний… Думаю, они найдут какое-то более креативное применение своим навыкам.

Загрузка...