Мнения

Сергей Емельянов, «Транснефтьэнерго»: энергетик — как бухгалтер на производстве, он просто учитывает, сколько ресурсов потребили

Далее

Первый шаг в энергосбережении — правильный подход к учету потраченной энергии (электричества, газа или воды). Оснащение предприятий сенсорами и последующая оптимизация энергозатрат приносит ощутимую пользу в виде сбереженных средств. Тем более, приборы учета уже стоят на всех производствах, остается только правильно посчитать потраченную энергию. «Транснефтьэнерго» создает подобные модели учета электроэнергии, позволяющие большим предприятиям в любой сфере экономить. За прошедшие восемь лет «Транснефть» благодаря этому подходу сэкономила около 7 млрд рублей. О том, как снижать затраты на электроэнергию, какие проблемы бывают при введении новых систем в традиционных отраслях и что российская промышленность думает о Парижском соглашении, «Хайтек» поговорил с генеральным директором ООО «Транснефтьэнерго» Сергеем Емельяновым на форуме IoT World Summit Russia в Казани.


Сергей Емельянов окончил Кубанский государственный технологический университет по специальности инженер-энергетик. В 2001 году пришел работать на Краснодарскую ТЭЦ в качестве слесаря по обслуживанию оборудования. Дошел до позиции руководителя в ОАО «Кубаньэнерго». С 2006 года занимал руководящие посты в дочерних компаниях РАО «ЕЭС России». В 2009 году возглавил ООО «Транснефтьэнерго».

«Транснефтьэнерго» была создана в 2009 году для обеспечения эффективного энергоснабжения компании «Транснефть». В частности, ООО «Транснефтьэнерго» координирует деятельность сбытовых организаций в «дочках» «Транснефти» в 62 субъектах РФ.


Проблемы всегда одинаковые — люди и данные

— Нефтяная отрасль очень консервативная, внедрять новые технологические решения бывает трудно. Какие были проблемы?

— Проблемы? Проблемы все одинаковые. Люди. Данные. Зрелость понимания. На каждом уровне нашего взросления и эволюции были свои проблемы и задачи. Самой сложной задачей было подняться и начать эту работу делать. Всегда есть желание остановиться и сказать, что мы уже, в принципе, всего достигли: хорошая компания, выполняем все KPI, которые нужно.

Но восемь лет назад у нас сложилось ощущение, что надо делать большее, чем просто Excel или 1С. Надо увязать эти системы, сделать единый ввод данных и сопоставить их друг с другом. От этого понимания у нас начали рождаться разные кейсы. Сейчас у нас единая система, которая связывает учет электроэнергии, расчет стоимости электроэнергии и энергоэффективность.

Любой бизнес потребляет энергию, чтобы произвести продукт. Мы умеем очень хорошо раскладывать ее на составляющие: на какой продукт она потратилась и в каком количестве, значение удельного потребления, каким в сопоставимых условиях это потребление должно быть, какое исторически лучшее было потребление, сколько по аналогии потребляет такой же конвейер или участок трубопровода.

Научиться правильно считать

— Как вы считаете, будет ли меняться в России производство и потребление энергии в связи с Парижским соглашением?

— Полагаю, что сам факт подписания Парижского соглашения достаточно неизвестен крупным промышленным потребителям в России. Потому что нет мотивационной связи между этим соглашением и конкретным производством. Если говорить про Европу, то есть зеленые сертификаты, которые обязывают покупать станции, работающие на нефти и газе. И эти сертификаты они могут либо сами реализовывать, строя зеленую генерацию, либо покупать. У них есть четкая мотивационная составляющая. Но для российского крупного потребителя такой мотивационной составляющей нет. Есть просто факт: подписали — ну и подписали.

— То есть в России нет никакой мотивации переходить на возобновляемые источники энергии и сокращать выбросы?

— Даже если сейчас какое-то решение примут, оно должно быть подготовлено, должно лечь на определенную почву. Что мы сделали в своей организации? Прежде всего научились правильно считать, сколько потребили. И считать без участия человека. Условно говоря, есть бухгалтерский факт, и в нем есть цена, объем и стоимость. Из этого мы умеем доставать объем. Это очень важно.

Если вы сейчас введете зеленые сертификаты, то придется администрировать весь этот процесс. Ни один крупный потребитель по щелчку пальцев не готов брать на себя ответственность. Либо это будут вообще нарисованные цифры. Нужно будет создавать какой-то орган, который станет проверять, а правильно ли этот крупный потребитель отчитался о своем снижении. Я же могу заявить любое потребление, сказать, что у меня были такие цифры. А потом их снизить. Получить на этом зеленый сертификат. Поэтому нужна история, которая научит прежде всего считать, сколько электроэнергии есть. Сейчас эти данные есть в агрегированном виде, но они не разбиты по потребителям, потому что всегда есть нюансы. В этих нюансах и кроется все наше ноу-хау.

Условно говоря, если вы потребляете энергию по периметру, у вас могут быть субабоненты, транзитные потребители и еще много чего. Нужно  понять: а что действительно должно снижаться? Для этого нужна целая система администрирования. Тот продукт, который мы предлагаем рынку, позволяет сделать это с минимальными усилиями. Так как мы весь путь этот прошли.

Потребители устроены одинаково — и хлебозавод, и трубопровод

— Вы сделали коробочный продукт, который можете продавать разным бизнесам? Насколько технология меняется в зависимости от индустрии?

— Это не коробочный продукт, а модель SaaS — software as a service (программное обеспечение как услуга — «Хайтек»). В принципе, крупные потребители устроены одинаково. Что хлебозавод, что трубопровод, что производство чего-то. Везде есть вход энергоресурсов, и не только электроэнергии. Есть газ, вода, дизельное топливо. В зависимости от вида производства есть разные виды потребляемых энергоресурсов. И вторая задача. Есть продукт. Если использовать эту методику оценки влияния потребления энергоресурсов на продукт, то формула стандартная. Конечно, в каких-то случаях она требует дополнительной настройки под конкретные нужды потребителя, в зависимости от аналитики, которая ему требуется. В любом случае требуется подготовка данных и методологии расчета. Она должна согласовываться с заказчикам.

— Сколько позволяют экономить ваши решения?

— За восемь лет мы сэкономили для «Транснефти» 2,5 млрд кВт/час, в деньгах около 7 млрд рублей.

— В ваших решениях все подсчеты происходят при помощи сенсоров?

— Да, требуется определенная установка, но большинство приборов учета уже установлены. Периметр для крупного потребителя практически закрыт. Иначе он не смог бы считать и рассчитываться за электроэнергию сейчас. Вопрос состоит в детализации внутреннего потребления. Насколько оснащен парк приборов учета — здесь, конечно, нужно проанализировать и подготовить эти данные.

Наша система позволяет сказать, где именно и что должно стоять, насколько этих приборов учета хватает. Когда вы посчитаете эффект, вам будет понятно, что надо дооснастить, какие есть зоны неизвестности. Сама система, конечно, не поедет на предприятие и не поставит приборы учета, и у нас такой задачи нет. Задача — дать аналитику на основе готовых данных и показать клиенту, что у него, условно говоря, есть общее потребление, периметр закрыт, но структурирование внутреннего потребления закрыто не полностью.

Опять же, можно двигаться от больших объемов к меньшим объемам. У каждого потребителя наверняка есть какие-то энергоемкие установки, а есть неэнергоемкие. Например, освещение. Каждую лампочку не надо обвязывать датчиком измерения. Общие хозяйственные нужды всегда выделяются как отдельный, самостоятельный объем потребления. А в цехе, который отапливается и освещается, стоит какая-то установка — может, печь, конвейер или двигатель. И именно эта установка требует обвязки учетом. Всеми остальными затратами на первых этапах можно пренебрегать.

Очень важный нюанс: все потребление не находится в периметре энергетика. Принято считать, что энергетик виноват. Энергетик — как бухгалтер на производстве, он просто учитывает, сколько ресурсов потребили. Но всю основную энергоэффективность делает технолог. Он знает, как потреблять меньше ресурсов, не теряя продукт. Наша система как раз доводит до технолога эту информацию. Позволяет энергетику четко объяснять, где зоны роста.

— «Транснефтьэнерго» — дочерняя компания «Транснефти», но при этом вы делаете проекты для разных клиентов?

— Да, сейчас начинаем выпускать продукты, ориентированные на широкий круг клиентов — промышленных потребителей, которые не входят в группу компаний «Транснефть». Мы наработали хороший опыт, разработали системы, продукты и сейчас готовы предлагать их рынку.

— Планируете работать с большими производствами, потому что только на них экономически выгодно применять такие платформы?

— Не только. Мы пошли от больших производств, потому что у них больше спрос и больше понимания, что они должны это делать. Понимание появилось, когда большие производства начали платить за электроэнергию повышенные счета. Сейчас многие производства ищут себе возможности оптимизации, и мы даем на рынок такую возможность. Но, в принципе, эта экономия возможна на любом производстве независимо от его масштаба.

Загрузка...