Мнения

Алан Стерн, НАСА: говорить о планетах с астрономами — это как приходить к адвокату по разводам с вопросом о недвижимости

Далее

Интерес к космосу переживает второе рождение — человечество всерьез обсуждает колонизацию Марса, продумывает строительство орбитальных городов и ищет признаки жизни в самых отдаленных частях Вселенной. Американский инженер Алан Стерн, возглавляющий директорат научных программ в НАСА, уверен, что человек будет жить по всей Солнечной системе. А для этого индустрии нужны высококлассные специалисты во всех причастных к освоению космоса сферах. «Хайтек» поговорил со Стерном об изучении Плутона, космической программе New Horizons и крушении шаттла «Челленджер», а также о том, почему интерес к космосу на протяжении десятилетий является двигателем науки и экономик.


Алан Стерн — американский инженер и планетолог, глава директората научных программ НАСА. Исследования Стерна направлены на изучение Солнечной системы, в том числе пояса Койпера и облака Оорта, комет, спутников внешних планет, Плутона, поиска планетных систем вокруг других звезд.

Является главным исследователем программы New Horizons (миссии к Плутону) и главным научным сотрудником программы Moon Express. В том числе занимается программой КА «Юнона» по изучению Юпитера.

В 2007 году журнал Time назвал Штерна среди 100 самых влиятельных людей в мире. Принимал участие в 24 проектах космических и суборбитальных полетов, в восьми из них был руководителем.


Исследование космоса может быть летальным

— Многие мечтают о космосе, но как вы заинтересовались именно Плутоном?

— Стал интересен Плутон, когда я был аспирантом. Потому что это была планета, о которой мы почти ничего не знали. Это была загадка и вызов — самая сложная для изучения планета, так как она — самая маленькая и далекая. И все это привлекало меня — чистый азарт научных открытий.

— Как вы сохранили свой интерес на протяжении десятков лет?

— Это было легко, потому что каждый раз, когда мы смотрели на Плутон через новый телескоп или другой прибор, то узнавали что-то фантастическое. Что у него есть атмосфера, потом — что есть гигантский спутник, что, скорее всего, он сформировался так же, как и спутник Земли, Луна. Мы узнали о том, насколько сложна поверхность Плутона. С каждым новым инструментом становилось все интереснее.

Фото: NASA. Алан Стерн

— Вы построили несколько приборов, которые были на борту «Челленджера». Очевидно, вы видели взрыв…

— Я был там.


Катастрофа шаттла «Челленджер» произошла 28 января 1986 года. Челнок разрушился при запуске в результате взрыва внешнего топливного бака, произошедшего на 73-й секунде полета. Это привело к гибели всех семи членов экипажа.

Разрушение летательного аппарата было вызвано повреждением уплотнительного кольца правого твердотопливного ускорителя при старте. Повреждение кольца стало причиной прогорания отверстия в боку ускорителя, из которого в сторону внешнего топливного бака била реактивная струя.

Вопреки распространенному заблуждению, шаттл не взорвался, а разрушился в результате действия нештатных аэродинамических перегрузок. Мгновенного взрыва всего топлива также не произошло: горение компонентов топлива продолжалось еще некоторое время после полного разрушения бака и самого челнока. Боковые ускорители уцелели и продолжали неуправляемый полет, пока не были аварийно уничтожены командой с Земли. Кабина экипажа, герметичная и более прочная, чем орбитальный модуль в целом, также осталась целой, но, возможно, разгерметизировалась. Обломки челнока упали в Атлантический океан.

В результате поисково-спасательной операции со дна Атлантики были подняты многие фрагменты челнока, в том числе и кабина экипажа. Хотя точное время гибели экипажа неизвестно, выяснилось, что три его члена (Майкл Дж. Смит, Эллисон С. Онидзука и Джудит А. Резник) пережили разрушение шаттла и были в сознании — ими были включены персональные приборы подачи воздуха.

После катастрофы программа шаттлов была свернута на 32 месяца.


— Как это повлияло на ваше отношение к исследованию космоса людьми?

— Стало ясно, что это может быть летальным. Но каждый вид транспорта может быть летальным. Люди умирают в самолетах, на лодках, машинах и грузовиках, велосипедах и лыжах. Нет ни одного вида транспорта, который бы не убивал людей. Полеты в космос — не исключение.

Но я расскажу связанную с этим историю. Так как американская космическая программа полностью остановилась на три года, у меня появилась возможность немного повернуть плохую ситуацию. В это время я вернулся к учебе и получил степень PhD. И стал ученым. Так что я бы не сидел сейчас здесь и не говорил бы с вами, если бы шаттл «Челленджер» не взорвался. Как бы ужасно и трагично это ни было. Я был знаком с шестью из семи космонавтов, которые были на этом шаттле.

Изображение: NASA.

Мы все выросли на «Звездных войнах» и «Стартреке»

— Даже до «Челленджера», после космической гонки 1960-х, интерес к космосу стал угасать — и бюджеты тоже. Теперь он возвращается, все снова говорят о космосе, о полетах на Марс. Почему это происходит сейчас?

— Мне кажется, люди воодушевлены. Посмотрите на реакцию на исследование Плутона — это был глобальный феномен. Люди обожают видеть, как точка света превращается в планету на их глазах. И мне кажется, люди будут в восторге от космического туризма.

Коммерческие полеты в космос сейчас набирают обороты, в дополнение к государственным программам. Кажется, что мы все выросли на «Звездных войнах» и «Стартреке». И видение будущего почти у всех включает в себя повсеместные путешествия в космосе. Сейчас люди вдохновлены, потому что они видят, как начинается это будущее.

— Когда, по вашему мнению, начнется масштабный космический туризм?

— Он уже существует в небольших объемах, но я думаю, что в 2020-х тысячи, может, десятки тысяч будут совершать суборбитальные полеты.

— Исследование космоса двигает вперед науку, но как вы объясняете людям, почему такие деньги должны выделяться на космические программы вроде New Horizons?

— Есть много ответов. Один — научное знание. Другой — место США как мирового лидера. Многое из того, что мы делаем в космосе, ощутимо двигает экономику вперед. Например, спутниковые системы навигации. Все это очень важно. Но самое важное оправдание для траты денег на космос — он захватывает умы и воображение школьников. Некоторые из них хотят вырасти и стать учеными и инженерами. Всем нашим странам и экономикам в XXI веке нужны инженеры и ученые. Космос — это, простите за термин, крючок. Даже можно назвать его легким наркотиком, который приводит к более серьезным вещам — к техническим карьерам.


«Новые горизонты», New Horizons — автоматическая межпланетная станция НАСА, запущенная в рамках программы «Новые рубежи» (New Frontiers) и предназначенная для изучения Плутона и его естественного спутника Харона. Запуск осуществлен 19 января 2006 года. Аппарат выполнил пролет Юпитера в 2007 году, а научную программу изучения Плутона он начал в 2015 году. На начало 2019 года запланировано изучение объектов пояса Койпера. Полная программа исследований «Новых горизонтов» рассчитана на 15–17 лет.


Когда я был маленьким мальчиком, все мои друзья хотели вырасти и стать космонавтами. И никто из них не стал. Но многие из них пошли в техническую сферу. Потому что они были увлечены космосом, они оказались в электротехнике, в компьютерных науках, геологии. И это так — можно спросить людей, стоящих за революцией интернета. Они раз за разом говорят, что заинтересовались в технике из-за космоса. Мне кажется, это главная выгода космических программ. Они захватывают воображение, подсаживая детей на науку.

Изображение: NASA. Плутон и Харон

Статус Плутону уже возвращен

— Вы хорошо с этим справляетесь, иногда даже кажется, что большая часть работы — маркетинг для Плутона. В команде вы проводили так называемые тесты готовности к New York Times — как это было?

— Мы обсуждали это и готовили это — так же, как и саму космическую миссию. Планировали, как будем завлекать публику, репетировали и делали симуляции. Но большей части моей команды это действительно понравилось. Общество не будет читать сложные математические статьи, которые мы пишем для развития науки. Людям будет ближе визуальная часть, история.

Представьте себе одинокий космический аппарат, путешествующий в течение 12 лет, за миллиарды миль от Земли. И это не научная фантастика, а что-то реальное. И это взрывает мозг.

Алан Стерн, НАСА

— Кратер в форме сердца, наверное, сильно помог.

— Точно помог, без вопросов. Хорошо, что мы не пролетели с другой стороны планеты.

— Что вы почувствовали, когда Плутон лишили статуса планеты?

— Подумал, что это смехотворно. И так считает большинство планетологов. К сожалению, мало кто в прессе понимает, что планетологи смеются над этим термином. И не используют.


Статус Плутона

Со дня своего открытия в 1930 году Плутон считался девятой планетой Солнечной системы. Советские ученые еще в 1950-х годах высказали предположение, что Плутон является лишь одной из карликовых планет, которые обращаются в этой области космического пространства по близким орбитам. Эта гипотеза блестяще подтвердилась: в конце XX и начале XXI века во внешней части Солнечной системы было открыто множество объектов. Среди них примечательны Квавар, Седна и особенно Эрида, которая на 27% массивнее Плутона.

24 августа 2006 года МАС (Международный астрономический союз — «Хайтек») впервые дал определение термину «планета». Плутон не попал под это определение и МАС причислил его к новой категории карликовых планет вместе с Эридой и Церерой. Некоторые ученые продолжают считать, что Плутон должен быть переклассифицирован обратно в планету.


— Могут ли Плутону вернуть статус планеты? Важно ли вам это?

— Ну, статус уже возвращен. Потому что планетологи называют Плутон планетой. И другие маленькие планеты — тоже планетами. Просто пресса не понимает, что она разговаривает с неправильными ребятами. Говорить о планетах с астрономами — это как приходить к адвокату по разводам с вопросом о недвижимости. Неправильная экспертиза. То, что астрономы изучают определенные вещи в космосе, не делает их экспертами по всему в космосе. Люди, которые изучают черные дыры, галактики и звезды, не должны пытаться классифицировать планеты, о которых они так мало знают. А я как планетолог не должен пытаться классифицировать галактики.

Изображение: NASA. Горы Плутона


«Мы создаем будущее»

— К чему приведут попытки колонизации Марса?

— Я думаю, люди поселятся во всей Солнечной системе. Марс — скорее всего, первое место после Луны, куда мы долетим. Но в ней так много миров. Такие возможности в плане ресурсов и энергии. Я бы хотел дожить до тысячи лет, чтобы увидеть обжитую людьми Солнечную систему.

— Могут ли открытия New Horizons помочь нам в колонизации космоса?

— Все, что мы узнали про Плутон, говорит, что мы ошибались: Земля — не единственная планета-океан в Солнечной системе. Земля — единственная планета, которая «носит» свой океан на поверхности. Но теперь мы знаем, что есть карликовые планеты, Плутон и некоторые спутники — Европа, Энцелад, у которых есть океаны под слоем льда. Это значит, что могут быть десятки мест в Солнечной системе, где в этих океанах развивалась жизнь.

— Вы думаете, под льдами Плутона могла быть жизнь?

— Я не эксперт, но знаю: когда вы находите воду, биологи сразу интересуются. Если у Плутона на самом деле есть жидкий океан, то так же, как и в случаях с Европой и Энцеладом, будет астробиологический интерес.

Изображение: NASA. Как менялся Плутон

— Что бы вы могли посоветовать людям, которые мечтают о космосе?

— Самый важный совет — найдите свою страсть и следуйте ей. В космосе есть так много карьер, если вы интересуетесь наукой или машиностроением, или хотите работать в лаборатории, или работать в сфере коммуникаций, или заниматься финансами. Нам нужны все эти навыки. Если хотите быть частью исследования космоса, — найдите, какой аспект вам нравится больше всего, станьте экспертом и присоединяйтесь к нам. Мы создаем будущее.

Загрузка...