Сообщить об ошибке на сайте
URL
Ошибка
Идеи

Российская компания «SupremeMotors» разработала систему навесного оборудования, которая превращает обычную инвалидную коляску в электрический самокат. Устройство напоминает переднюю половину велосипеда, которую можно пристегнуть практически к любому креслу-каталке активного типа. Движение происходит за счет мотор-колеса, которое способно разогнать конструкцию до 20 км/ч и проедет на одном заряде аккумулятора 25 км.

«SupremeMotors» ищет новые ниши, в которых можно применить принципы работы электрического двигателя внутри колеса или, по-другому, мотор-колеса. Для этих целей компания изначально создала электрический дрифт-трайк (трехколесный спортивный велосипед, который постоянно находится в заносе — прим. авт.), чтобы на его основе понять, как работать с электродвигателями, контролерами, проводкой и так далее. После этого был создан детский электрический снегокат, способный без помощи взрослого завозить ребенка на горку с 30-градусным уклоном и проехать на одном заряде аккумулятора 15 километров.

Как ранее писал «Хайтек», одной из фишек снегоката стало уникальное по соотношению диаметра и площади контакта с поверхностью мотор-колесо, по форме напоминающее скорее цилиндр: его диаметр составил 16 см, ширина — 18 см. Колесо было установлено в задней части снегоката и толкало его в гору.

В июле прошлого года генеральный директор SupremeMotors Николай Юдин показал дрифт-трайк знакомому инвалиду, который и натолкнул его на мысль о создании съемной электрической приставки. «Он сказал: «Было бы классно прикрепить такую штуку к креслу-каталке. Сначала мы посмеялись, а затем решили, что это хорошая идея, — говорит Юдин. — Перед нами стояла задача: сделать приставку, которая цеплялась бы к большинству кресел активного типа, была легкой, чтобы ее можно было поднять одной рукой, и стоила бы до 70 тысяч рублей. Сейчас, к слову, она столько и стоит».

Зимой 2016 года был собран первый прототип, а сейчас у компании уже готов промышленный образец приставки.

В отличие от снегоката, электрическая приставка тянет, а не толкает. В ней также используется мотор-колесо, его диаметр составляет около 30 см. Емкость 36-вольтовой аккумуляторной батареи, на одном заряде которой пользователь может проехать 25 км, составляет 7 Ач. Максимальная скорость оборудованного приставкой кресла достигает 20 км/ч. Это достаточно быстро. Для тех, кто пока неуверенно управляет устройством, скорость можно ограничить.

Оборудованное приставкой кресло способно преодолеть 25-градусный уклон, когда в нем находится человек весом 90 кг. Сам Юдин, как он говорит, взбирался на горку, угол наклона которой составлял 35 градусов.

Системой предусмотрен режим заднего хода, а угол поворота руля позволяет развернуться на месте, благодаря чему пользоваться техникой можно в квартире. Электронный дисплей на руле показывает информацию о передаче, прейденном расстоянии, заряде аккумулятора и скорости движения.

Еще одна важная деталь конструкции — стояночный тормоз (дисковый), который не связан с системой торможения кресла-каталки. Он не позволит инвалиду скатиться вниз во время остановки на склоне. Кроме того, устройством предусмотрен режим рекуперативного торможения, которое позволит остановить коляску человеку, который не может достаточно сильно нажать на ручку тормоза.

Вес приставки вместе с 1,5-килограммовым аккумулятором составляет 7,5 кг.

Приставка легко складывается и помещается в обычный легковой автомобиль, тогда как для перевозки полноценного электрического кресла-каталки нужен грузовик или, по крайней мере, большой внедорожник.

По словам Юдина, в мире есть аналогичные системы, но они слишком дорогие — цена варьируется от 1,2 до 5 тыс. евро. Средняя цена похожих устройств в Европе составляет порядка 3 тыс. евро.

Одна из задач, которая стояла перед разработчиками, заключалась в том, чтобы сделать приставку универсальной, поэтому самым сложным в разработке системы было придумать, как осуществить ее подсоединение и отсоединение к разным креслам-каталкам. «Инвалиды привыкают к своей собственной коляске, им неудобно пересаживаться», — объясняет Юдин.

В результате решение было найдено и теперь приставка подходит практически ко всем креслам активного типа, утверждает изобретатель, но только не к пассивным — они, по словам Юдина, вообще не приспособлены для сколько-нибудь быстрой езды.

Все компоненты конструкции производятся по чертежам компании на китайских заводах. В Россию доставляются готовые комплектующие.

«Разработано и собрано в России, производится в Китае, — говорит Юдин. — Здесь много разных сложных компонентов, на нашем производстве мы не сможем их реализовать».
SupremeMotors

Несмотря на дешевизну разработки по сравнению с зарубежными аналогами, 70 тыс. рублей для большинства российских инвалидов — цена неподъемная, говорит Юдин. По его словам, проект является социальным, но ни под одну соцпрограмму изобретение не подходит, так как в их требованиях всегда указывается именно электрическое кресло-каталка, а не приставка. При этом электрические кресла-каталки весят по 40-70 кг, что накладывает огромные ограничения на их использование инвалидами, и стоят от 2 до 10 раз дороже, чем навесное оборудование Юдина.

Поэтому «SupremeMotors» ищет спонсоров — благотворительные фонды или некоммерческие организации, которые будут готовы приобрести приставки и подарить их инвалидам. Для таких организаций и медицинских центров компания готова сделать значительную скидку на продукт.

«Мы не преследуем экономический интерес, хочется сделать приставки максимально доступными», — говорит гендиректор SupremeMotors.

Загрузка...
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram

«Хайтек» - новости онлайн по мере их появления

«Хайтек» Daily - подборки новостей 3 раза в день

Как ИИ меняет медицину: личный помощник для врачей, маршрутизатор в клиниках и разработчик лекарств
Кейсы
Эдвин Диндер, Huawei Technologies: умный город — это ничто
Мнения
«Если изобретение с ИИ не приносит пользу, сам продукт никому не нужен»
Мнения
Feature engineering: шесть шагов для создания успешной модели машинного обучения
Тренды
Мнения
Человек — это набор из пяти чисел: Игорь Волжанин, DataSine — о психотипировании с помощью big data
Карло Ратти, Senseable City Laboratory (MIT) — о городах будущего, третьей коже человека и роболодках
Тренды
Мы все — сенсоры: CEO SQream Ами Галь — о том, как обрабатывают big data
Кейсы
Что такое скрапинг: как Amazon, Walmart и другие ритейлеры используют ботов в борьбе с конкурентами
Идеи
Почему китайские подлодки-беспилотники станут самым опасным врагом под водой?
Идеи
Филипп Роуд, LSE Cities: самый кошмарный сценарий — беспилотники, ездящие по городу, чтобы не платить за парковку
Мнения
Юрий Корженевский — о том, как построить безопасные системы для банков на блокчейне
Блокчейн
Иннополис
Russian Robot Olympiad: как дети строят роботов и решают реальные инженерные проблемы
MyGenetics: ДНК-тесты, помогающие «взломать» организм, как компьютер
Тренды
Trade-to-Mine: как биржи привлекают трейдеров в условиях падения рынка
Блокчейн
Мнения
Дмитрий Фадин, 3D Bioprinting Solutions — о будущем биопринтинга и печати органов в космосе
IoT изменит все: какие умные технологии принесут бизнесу экономию, безопасность и инновации
Тренды
Как высокие технологии побуждают нас покупать билеты и туристические услуги
Тренды
Чем плоха Кремниевая долина для IT-стартапов из России: дорого, неудобно и нет транспорта
Мнения
Жить по-умному: как защитить свой дом и не бояться киберугроз
Умный дом
Андрей Синогейкин, Wonder Technologies, — об искусственных алмазах
Тренды
Никита Бокарев, ESforce, — о деньгах, киберспорте и его немаргинальности
Тренды
YouTube-депрессия: как создатели популярных каналов боятся потерять подписчиков и разум
Тренды
Гельмут Райзингер, Orange Business Services, — об IIoT, 5G и телеком-стартапах
Мнения
«Робот берет вас на работу»: как искусственный интеллект, блокчейн и VR подбирают персонал
Мнения
Телемедицина, роботы и умные дома: каким через 5 лет будет «оцифрованный» город в России
Тренды
Мясная революция: как перейти от веганских заменителей к клеточным технологиям и биореакторам
Идеи
AI-выборы: как искусственный интеллект и голосовые помощники сделают демократию лучше
Тренды
Идеи
Тупик для беспилотников: как мечты разработчиков разбиваются о неожиданности на дорогах
Здесь нужен InsurTech: за какими стартапами будущее страхования
Мнения
Идеи
Вирус лженауки в Google: как поисковые системы распространяют опасные мифы о прививках
«Кто-то управляет моим домом»: как жертв домашнего насилия терроризируют с помощью умных устройств
Умный дом
Паскаль Фуа, EPFL, — о ключевых точках, глубоких нейросетях и эпиполярной геометрии
Мнения
20 фильмов о кибербезопасности, взломах и цифровых преступлениях
Тренды
Ян Лекун, Facebook: «Прогностические модели мира — решающее достижение в ИИ»
Мнения
Джианкарло Суччи: «Попытка спроектировать программу без багов — утопия»
Иннополис
Game out: Как видеоигры обучают детей-аутистов держать равновесие и узнавать людей
Тренды
Прослушка, контроль камеры и предсказание смерти пользователя: самые странные патенты Facebook
Кейсы
Цес Снук, QUVA: «Мы не хотим зависеть от крупных компаний, которые владеют всеми данными»
Мнения
Дмитрий Песков, АСИ: «В России традиционно долго запрягают, и в сфере IT мы только этим и занимаемся»
Иннополис
ДНК-тесты: как генетические компании обманывают людей и разрушают семьи
Мнения
Мануэль Маццара: «Для Facebook вы не покупатель, вы — продукт»
Иннополис
Тренды
Блокчейн, искусственное мясо и «смерть» смартфонов: что будет с технологиями через 10 лет
Витторио Феррари, Google: «Чтобы машина распознала книгу о Гарри Поттере нужна сложная математическая модель»
Мнения
Идеи
7 медицинских технологий, которые скоро придут в российские больницы
Руслан Зайдуллин, основатель Doc+, — о том, что делать Минздраву и о проблемах в российской медицине
Мнения
Ричард Вдовьяк, Philips: «В будущем диагностировать заболевания будут не только врачи, но и сами пациенты»
Тренды
Шедевры за биткоины: Как криптовалюта меняет рынок искусства
Блокчейн
Почему «московий» и «оганесон» устроили раскол между физиками и химиками?
Кейсы
Сэр Харшад Бадехиа — о бронежилетах будущего, русских математиках и металлургии
Тренды