Сообщить об ошибке на сайте
URL
Ошибка
Блокчейн

Темой «добычи» биткоинов этой зимой заинтересовались все — от физиков-ядерщиков, которые пытались майнить на суперкомпьютерах режимного ядерного центра, до президента, который, по словам первого вице-премьера Игоря Шувалова, «полностью заболел этим». Не удивительно, ведь криптовалюта дорожала на $100 в день и продолжает до сих пор, несмотря на резкие скачки курса. Но теперь интерес идет на спад: только за январь объявлений на Avito о продаже оборудования для майнинга стало на 62% больше. «Хайтек» рассказывает, как в России добывают криптовалюты в промышленных масштабах.


Словарь майнера

Биткоин — самая популярная в мире криптовалюта (электронное платежное средство). А всего валют — более тысячи. 31 октября 2008 года некто Сатоши Накамото опубликовал «Белую книгу» — описание концепции и протокола биткоина. Кто скрывается за этим именем, неизвестно. Целью создания биткоина назвали возможность проводить денежные операции, не полагаясь на банки и другие организации. Вместо этого транзакции хранятся в базе данных сразу на множестве компьютеров — эта технология называется «блокчейн». За 2017 год курс и капитализация биткоина выросли примерно в 20 раз. Единственный способ его создания — майнинг — построен на вычислении математических задач по проверке и транзакции криптовалюты. «Ферма» для майнинга — это компьютер с мощными видеокартами. Когда биткоин обрел популярность, майнеры стали создавать пулы — участники объединяют вычислительные мощности и делят выигрыш между собой.

ASIC (англ. application-specific integrated circuit, интегральная схема специального назначения) — микросхема, сделанная для решения конкретной задачи (в данном случае — майнинга). Разница между ASIC и микросхемой общего назначения в том, что поставленная задача выполняется быстрее и дешевле. ASIC’и можно разделить на «домашние» и «профессиональные»: первые дешевле за счет качества материала и компактнее, вентиляторы в них менее мощные.

Как выглядит криптоферма

Обычно ферма для майнинга в промышленных масштабах напоминает большую серверную или даже на дата-центр. «Из общего можно выделить длинные ряды с оборудованием (полки с вертикально и горизонтально выстроенными основаниями для устройств), заполненные либо материнскими платами с видеокартами, либо ASIC’ами», — описывает Китченко. Обычно есть система охлаждения («кстати, самый выгодный майнинг получается в тех частях света, где большую часть года прохладно: меньше трат на электричество»). Управляется ферма чаще всего с одной консоли.

Что касается пожарной безопасности, то вокруг не должно быть дерева: как правило, фермы обустраивают в помещениях с металлическими или бетонными стенами.

Занимающиеся майнингом в больших масштабах не всегда используют охрану, рассказывает Китченко: «Вообще, чем меньше людей знают об их предприятии, тем лучше; персонал для обслуживания не обязателен, некоторые умельцы отлично справляются сами и следить могут за ходом дел даже удаленно, через установленные камеры».

Но главные требования — бесперебойное питание, в идеале — доступ к дешевой электроэнергии, и, конечно, интернет.

Фермер из Сибири

Два года назад, в разгар кризиса, владелец убыточного бухгалтерско-юридического бизнеса из Иркутска Юрий Дромашко продал недвижимость, взял кредит и купил 50 ASIC. Сначала он разместил их на чужой ферме — «как в отеле», — а вскоре арендовал цех и стал владельцем собственной криптофермы. Попутно он «просвещал» иркутян: выкладывал видео на YouTube, в которых мотивировал заниматься майнингом и предупреждал, что скоро регион станет «как Арабские Эмираты по количеству денег и нового бизнеса».

«Моя ферма устроена просто», — скромно рассказывает Дромашко: помещение площадью 500 кв. м. с подведенной туда энергетикой (питание берется от Иркутской энергосбытовой компании), где стоят раздаточные шкафы, через которые напряжение раздается дальше — на стоящие на стеллажах ASIC’и. Около десяти метровых вентиляторов дуют в одну сторону — из теплого помещения: то есть тепло забирается и выгоняется (а зимой ферма безвозмездно отапливает соседние цеха). «Звук внутри — как когда самолет взлетает», — описывает хозяин фермы.

По другую сторону цеха — большие окна со специальными тканевыми фильтрами, через них засасывается воздух и охлаждает майнеры (то есть горячий воздух уходит, а холодный приходит с улицы).

Охрана круглосуточная: за всеми ASIC’ами наблюдают роботы, когда они не справляются с задачей — информируют инженера и он устраняет неполадки. Соблюдение пожарной безопасности помещения, по словам Дромашко, сопровождается проверкой «Иркутскэнерго», как и в случае с любым промышленным бизнесом. Мощность фермы — более 2 МВт. В день добывается чуть более биткоина, но не все эти деньги достаются хозяину фермы: часть оборудования — чужое, размещенное как в майнинг-отеле.

Майнеры часто скрывают местонахождение своих ферм. Год назад в СМИ прошел слух, что в России нашли самую большую криптоферму — с 3 тыс. работающих майнеров. В ответ Дромашко, называющий свою ферму средней для Иркутска, только улыбается: он знает о месте, где одновременно работают 10 тыс. майнеров. Сам Иркутск некоторые называют «криптостолицей» — из-за дешевизны энергии майнить дешевле, проще и выгоднее. Свой заработок владелец криптофермы не раскрывает (местные СМИ называют его миллионером), но, несмотря на это, остается одним из немногих майнеров в России, которые говорят о себе открыто. Чего опасаются остальные?

Виртуальные деньги: столкновение с реальностью

Майнинг остается в «серой зоне» российской экономики: нормативная база для регулирования этой сферы только обсуждается. Однако из проблем — налоги: если признать майнинг способом дохода, майнеры обязаны будут декларировать доходы.

Правительство уже разрабатывает методологию, по которой майнеров, отказавшихся от регистрации в качестве предпринимателей, будут искать по паттернам потребления электроэнергии и/или интернет-трафика.

Но пока что «ничего незаконного в такого рода деятельности нет», — указывает криптоинвестор, член Bitcoin Foundation Александр Китченко: майнинг в принципе отсутствует в правовом поле, но и прямого запрета тоже не существует. Существующего законодательства достаточно и для того, чтобы обеспечить безопасность жильцов, если речь идет о майнинге в промышленных масштабах: есть и правила пожарной безопасности, и нормы шума в течение дня.

И все же проблемы по части пожарной безопасности налицо: фермы потребляют огромное количество электроэнергии и выделяют столько тепла, что это может привести к возгоранию. Например, в феврале в ГУ МЧС по Приморскому краю заявили, что причиной крупного пожара в жилом доме могла стать майнинг-ферма.

В марте вслед за Минфином и ЦБ депутаты внесли в Госдуму законопроект, регулирующий майнинг. Документ закрепляет за криптовалютами и токенами статус цифровых финансовых активов, но отказывает им в статусе законного платежного средства. Цифровые активы можно обменивать на рубли или иностранную валюту, но эти сделки могут осуществлять только специальные операторы — юридические лица, имеющие соответствующие полномочия.

Сами майнеры, впрочем, предложенными мерами скорее недовольны. В Российской ассоциации криптовалют и блокчейна (РАКИБ) заявили, что не согласны с определением майнинга как предпринимательской деятельности: создание программных кодов не имеет экономического смысла до обмена кодов на деньги. «Несомненно, та часть из них, которая имеет возможность переместиться вместе со своим оборудованием в другие юрисдикции, будет это делать», — считает Китченко: в Белоруссии, например, майнинг не облагается какими-либо налогами.

Биткоины в обмен на электричество

Одни из тех, кто уже озаботился легализацией майнинга, — New Mining Company, официальный дистрибьютор китайской Canaan Creative. В компании уверяют, что поставки оборудования для майнинга полностью легальны и сопровождаются всеми официальными документами. У New Mining три дата-центра: в Москве и Тульской области, а также в Норвегии — построенный в партнерстве с местной Nordavind.

New Mining предлагает несколько видов сотрудничества: можно инвестировать в проект сумму от $50 тыс. или купить комплектующие для собственной фермы. Еще есть услуга хостинга: можно отдать свои майнинговые устройства в дата-центр компании под полный контроль специалистов. Клиент получает обслуживание и круглосуточную охрану дата-центра и оборудования, а также электричество по оптовому тарифу.

Дата-центр New Mining напоминает космический корабль — в нем даже есть шлюзовой отсек, рассказывается в статье на Geektimes. В шкафах расставлены устройства ASIC. Из-за электричества за все время работы ферма New Mining простаивала буквально несколько минут — произошел скачок на подстанции.

В шахтах New Mining добывают только биткойны. Оборудование может размещаться в небольшом зале, а может собираться в 40-футовый контейнер, похожий на обычный морской. Длина — около 12 м, ширина и высота — примерно 2,5 м.

Компания использует три модели ASIC’ов. Блоки питания установлены прямо за майнерами. Фермы постоянно передают результаты вычислений в интернет.

Для ферм с ASIC’ами достаточно третьей категории надежности электроснабжения, как и для жилых домов. На случай перепадов и помех есть реле напряжения, фиксирующее нестабильность в электропитании и обесточивающее все оборудование, пока не восстановится нормальное напряжение. Затем инженеры компании проверяют, все ли в порядке, и включают питание вручную.

Что касается охлаждения, то весь зал фермы — это большая вентиляционная камера. Воздух поступает через оконные проемы в уличной стене, плотно заткнутые фильтрующим материалом. Теплый воздух выходит с другой стороны зала, где установлены два больших вентилятора. Если естественного охлаждения недостаточно, на ASIC’ах увеличивают скорость работы вентиляторов.

Пожарная система работает таким образом, что при срабатывании сигнализации прекращается подача питания, помещение герметизируется и внутрь поступает газ хладон, вытесняющий кислород.

Фермы устанавливают в огороженном периметре, с охраной, видеонаблюдением, высокими заборами и системой контроля доступа. Внутри контейнера оборудование можно размещать где угодно, но учитываются несколько факторов: цены на электричество и его доступные объемы.

Ферма компании Cryptopolis мощностью 0,5 МВт работает на видеокартах, для которых разработали собственное корпусное решение, — как утверждается, не имеющее аналогов.

Компания создает фермы и на заказ, оснащая их комплексной системой мониторинга и управления собственной разработки. Система мониторинга охватывает и майнинг-оборудование, и инженерные системы. Контроль оборудования позволяет удаленно мониторить все необходимые параметры, вплоть до частоты и температуры каждого чипа. Вместе с самой фермой продается и услуга по ее обслуживанию.Что касается электричества, потребляемого майнерами в колоссальных объемах, то в конце прошлого года в Институте развития интернета анонсировали льготные тарифы для майнинговых ферм (после этого, правда, Минэнерго высказалось против такой поблажки).

Россия уже вошла в рейтинг лучших стран для майнинга, по версии Bloomberg. При составлении списка учитывались такие факторы, как легкость ведения бизнеса, стоимость электроэнергии, средняя скорость интернета, наличие возобновляемых ресурсов и средняя годовая температура. При этом, по данным Bitfury Group, на Россию приходится только 2% мировых мощностей по добыче криптовалюты. Впереди Китай с 60%, у США и Канады второе место с 16%, потом идет Грузия с 6%, еще 5% приходится на Европу.

Самым привлекательным в этом плане российским регионом РАКИБ считает Красноярский край, Дромашко же называет «криптостолицей» России Иркутск: там самое дешевое электричество. Точной статистики, свидетельствующей о масштабах майнинга в России, нет. Интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев считает, что так или иначе майнить криптовалюту пробовали около 1 млн россиян, РАКИБ называет чуть большую цифру — 1,5 млн.

Длинные деньги

«Майнеры не будут зарабатывать вечно много, это какой-то шанс, подарок — быстро понять систему, встроиться», — предупреждает Дромашко. С ним не согласен CEO Cryptopolis.ru Алексей Богачев: «Еще лет пять как минимум это будет актуально. Оборудование будет эволюционировать в сторону повышения эффективности».

«Вопрос о том, что майнеры не будут зарабатывать вечно много, — спорный в части определения, что такое много. Все будет зависеть от того, какую комиссию они будут получать на момент, когда будет добыта последняя монета, и здесь в помощь нам могут прийти правила обычного свободного рынка: если майнеры будут требовать слишком высокой комиссии, это может заставить людей искать альтернативные способы для транзакций, и это будет вредить благосостоянию майнеров, — объясняет Китченко из Bitcoin Foundation. Поэтому баланс в решении цены этого вопроса хоть и не сразу, но будет достигнут». Кроме биткоина, есть и другие криптовалюты, которые можно майнить на том же оборудовании, так что в убытке никто остаться не должен, добавляет эксперт.

В одиночку майнить уже невыгодно. «Соло-майнинг, скорее всего, будет все более редким явлением. Можно ожидать появления на рынке майнинга как новых, так и уже известных крупных компаний, имеющих возможность установки ферм промышленных масштабов», — полагает Китченко. С другой стороны, чем больше доля частных майнеров в общей сети, тем более защищена сеть от возможных атак, замечает Богачев.

Обостряется конкуренция и среди тех, кто сдает площади под фермы. Из-за размеров, высокого потребления электроэнергии, сильной теплоотдачи и шума их трудно держать в обычных квартирах. С начала года в сфере так называемых майнинг-отелей число предложений увеличилось в шесть раз. А значит, по законам рынка цены на такие услуги будут снижаться: в январе средняя стоимость предложения составляла 3,75 тыс. рублей в месяц, а в марте она снизилась до 2,5 тыс. рублей в месяц.

Активно разворачивает бизнес в этой сфере и сам Мариничев: его Radius Group организует добычу криптовалют в технополисе «Москва», расположенном на территории бывшего автозавода «Москвич». «Основная наша цель — это не просто строительство фермы, а создание отрасли майнинга в Российской Федерации», — объявил он.

Развитие майнинга — это возможность создать новые рабочие места, усилить экспортный потенциал страны, нарастить валютную выручку, уверен Богачев из Cryptopolis.ru: «В России много мест с дешевой ненужной электроэнергией и высоким уровнем безработицы, возможно, майнинг будет неким толчком к развороту этих депрессивных территорий в светлое будущее».


Если вы хотите начать майнить прямо сейчас, нужно:

1. Выбрать формат — соло-майнинг или промышленные масштабы. Первый вариант все менее выгоден, учитывая возрастающую сложность, — проще присоединяться к пулам, соревноваться в одиночку с ними сложно. Преимущество соло, если мощностей много, в том, что вознаграждение полностью достается их обладателю. Минус: скорее всего, пул соберет больше людей и вознаграждение с большей вероятностью достанется им. Соответственно, главный недостаток участия в пуле — вознаграждение будет меньше, оно делится на участников; преимущество — повышение вероятности получить вознаграждение как таковое.

2. Исходя из этого — оборудовать ферму дома или, например, в арендованном помещении (о требованиях к нему — в начале текста).

3. Подобрать оборудование в зависимости от того, что собираетесь майнить. Выгоднее сейчас, считает Китченко из Bitcoin Foundation, брать видеокарты: большой выбор монет для майнинга, сравнительно низкие траты; ASIC’и — значительно дороже, потребляют много электричества и их сложнее ввезти в Россию, если оборудование покупается за рубежом.

Загрузка...
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram

«Хайтек» - новости онлайн по мере их появления

«Хайтек» Daily - подборки новостей 3 раза в день

Facebook снова разрабатывает спутники для раздачи интернета из космоса
Тренды
Децентрализованная альтернатива YouTube запустится в октябре
Тренды
Ученые представили датчик, который определяет уровень гормона стресса через пот
Тренды
Жить по-умному: как защитить свой дом и не бояться киберугроз
Умный дом
Андрей Синогейкин, Wonder Technologies, — об искусственных алмазах
Тренды
Никита Бокарев, ESforce, — о деньгах, киберспорте и его немаргинальности
Тренды
Тренды
YouTube-депрессия: как создатели популярных каналов боятся потерять подписчиков и разум
Гельмут Райзингер, Orange Business Services, — об IIoT, 5G и телеком-стартапах
Мнения
«Робот берет вас на работу»: как искусственный интеллект, блокчейн и VR подбирают персонал
Мнения
Телемедицина, роботы и умные дома: каким через 5 лет будет «оцифрованный» город в России
Тренды
Мясная революция: как перейти от веганских заменителей к клеточным технологиям и биореакторам
Идеи
AI-выборы: как искусственный интеллект и голосовые помощники сделают демократию лучше
Тренды
Идеи
Тупик для беспилотников: как мечты разработчиков разбиваются о неожиданности на дорогах
Здесь нужен InsurTech: за какими стартапами будущее страхования
Мнения
Вирус лженауки в Google: как поисковые системы распространяют опасные мифы о прививках
Идеи
Умный дом
«Кто-то управляет моим домом»: как жертв домашнего насилия терроризируют с помощью умных устройств
Паскаль Фуа, EPFL, — о ключевых точках, глубоких нейросетях и эпиполярной геометрии
Мнения
20 фильмов о кибербезопасности, взломах и цифровых преступлениях
Тренды
Ян Лекун, Facebook: «Прогностические модели мира — решающее достижение в ИИ»
Мнения
Джианкарло Суччи: «Попытка спроектировать программу без багов — утопия»
Иннополис
Game out: Как видеоигры обучают детей-аутистов держать равновесие и узнавать людей
Тренды
Прослушка, контроль камеры и предсказание смерти пользователя: самые странные патенты Facebook
Кейсы
Цес Снук, QUVA: «Мы не хотим зависеть от крупных компаний, которые владеют всеми данными»
Мнения
Дмитрий Песков, АСИ: «В России традиционно долго запрягают, и в сфере IT мы только этим и занимаемся»
Иннополис
ДНК-тесты: как генетические компании обманывают людей и разрушают семьи
Мнения
Мануэль Маццара: «Для Facebook вы не покупатель, вы — продукт»
Иннополис
Тренды
Блокчейн, искусственное мясо и «смерть» смартфонов: что будет с технологиями через 10 лет
Витторио Феррари, Google: «Чтобы машина распознала книгу о Гарри Поттере нужна сложная математическая модель»
Мнения
7 медицинских технологий, которые скоро придут в российские больницы
Идеи
Руслан Зайдуллин, основатель Doc+, — о том, что делать Минздраву и о проблемах в российской медицине
Мнения
Ричард Вдовьяк, Philips: «В будущем диагностировать заболевания будут не только врачи, но и сами пациенты»
Тренды
Шедевры за биткоины: Как криптовалюта меняет рынок искусства
Блокчейн
Почему «московий» и «оганесон» устроили раскол между физиками и химиками?
Кейсы
Тренды
Сэр Харшад Бадехиа — о бронежилетах будущего, русских математиках и металлургии
«Надежнее золота»: блокчейн в цифрах
Блокчейн
Бас Лансдорп, Mars One: «Моя жена отдала бы все, чтобы не лететь на Марс»
Полет на Марс
Как big data, блокчейн и 3D-печать сделали пищу полезнее
Мнения
Томас Циммерман, IBM, — о том, как остановить конец света, спасая планктон
Тренды
Без Siri, Алисы и «Окей, Google»: как и зачем нас подслушивают собственные телефоны
Тренды
Шрада Агарвал, Outcome Health: «Когда человек знает о своей болезни, от этого выигрывает и он, и фарма»
Мнения
Тренды
«Дорогая, я ухожу от тебя к роботу!»: заменят ли секс-андроиды реальные отношения?
7 правил для начинающих и разумных блокчейн-инвесторов
ICO
Четвертая революция: как интернет вещей изменит промышленность и нефтедобычу
Тренды
Не витайте в «облаках»: как провайдеры обманывают доверчивых клиентов
Мнения
Тренды
Когда мы начнем летать на автомобилях в городе?
Как в Россию проникают технологии: интернет-рестораны, маникюр на дому и «умное» страхование
Кейсы
Гендиректор Uber Дара Хосровшахи: «Автомобили должны ездить в трех измерениях»
Мнения
Олег Бабкин: «Системных администраторов никто не обучает, обучают только разработчиков»
Мнения
«Чтобы создать новое лекарство, нужно 10–12 лет и миллиард долларов»
Мнения