;
Мнения 27 марта 2020

Вольфганг Хекль — о Немецком музее, иммерсивных технологиях и ауре от оригиналов

Далее

В мире около 55 тыс. музеев в 202 странах, из которых почти 33 тыс. находится в США. Музейная деятельность — не просто хранение исторических реликвий, сегодня это еще и научно-исследовательская работа, организация шоу, логистика и обучение. Музеи меняются, становятся информативнее, предлагают посетителям погрузиться в реальность памятных событий мировой истории. Директор Немецкого научно-технического музея в Мюнхене Вольфганг Хекль рассказал «Хайтеку», почему музей сегодня — это высокотехнологичное и наукоемкое предприятие.


Вольфганг Хекль — немецкий биофизик, специализирующийся на нанонауках и сканирующей зондовой микроскопии. Генеральный директор Немецкого музея с 2004 года. Считает одной из своих главных задач популяризацию науки. С 2009 года возглавляет центр научных коммуникаций в Техническом университете Мюнхена.

Немецкий музей достижений естественных наук и техники, или Немецкий музей — самый крупный музей естествознания и техники в мире. Расположен в Мюнхене. В нём собрано около 28 тыс. экспонатов, представляющих более 50 отраслей науки. Обширные коллекции экспонатов музея из мира техники и естествознания осматривают ежегодно более 1,5 млн человек.

Концепция музея — максимально заинтересовать и приблизить обычных людей к научным и техническим знаниям. В музее показано историческое развитие естественных наук и технологий, объясняется их значение для технического и социального развития общества. В музее также существует специальная библиотека по истории естественных наук и технологий, насчитывающая около 850 тыс. томов и архивы с многочисленными оригинальными документами.

Немецкий музей был основан по инициативе Оскара фон Миллера в 1903 году на собрании Союза немецких инженеров как «музей шедевров естествознания и техники». Первые экспонаты состояли из математико-физических коллекций, привезенных со всей Баварии. Новое здание на Музейном острове открылось в 1925 году. Во время Второй мировой войны было разрушено около 80% зданий музея, которые были полностью восстановлены к 1948 году.


Музей — это современно

— Современный музей должен всё еще хранить что-то древнее или идти в ногу со временем? Какой «возраст» должен быть у экспонатов, чтобы попасть в музей сегодня?

— Это хороший вопрос! Дело в том, что мнения разных групп посетителей заметно отличаются. Для части из них в музее должно быть старинным всё, другие хотели бы видеть тут самые современные технологии.

Но для нас — как музея естественных наук и техники — ответ очень прост: мы хотели бы показывать всё. Первый самолет, новейший компьютер, первый мотор на дизеле и самый последний айфон. Мы выставляем прототипы, которые даже не запущены в производство, наряду с керамическими посудинами, возраст которых исчисляется веками.

Конечно, на наших выставках должны быть и самые новые научные открытия. Поэтому возраст экспонатов не ограничивается ни в минимальную сторону, ни в максимальную.


Топ-3 самых крупных технических музеев мира

Немецкий музей достижений естественных наук и техники в Мюнхене — самый крупный технический музей в мире. Представленные здесь экспонаты относятся к более чем 50 отраслям науки. Здесь можно на практике закрепить школьную программу по физике и химии, стать членом команды пожарных, изучить таинственный морской корабль, построить свой город и сконструировать ирригационную систему. Наиболее запоминающийся экспонат — модель угольной шахты XVIII века.

Музей науки и промышленности в Чикаго открывает «гения» в каждом посетителе, потрясая имитациями природных явлений и объясняя суть происходящих процессов внутри и вокруг нас. Гармоничное сочетание физики, химии и человеческого любопытства в Лаборатории штормов позволит даже ребенку понять суть таких явлений, как торнадо, цунами, молния, огонь и солнечный свет. Прямо в музее можно отправиться в путешествие из Денвера до Чикаго на первом дизельном поезде «Пионер Зефир» и погрузиться под воду на немецкой лодке U-505, захваченной в ходе Второй мировой войны.

Музей науки в Лондоне основан еще в викторианскую эпоху. Сегодня здесь можно посмотреть на то, каким мир может стать в 2050 году, узнать, как человечество справится с изменением климата и уменьшением запасов энергоносителей. В далекий космос вы отправитесь благодаря 3D-технологиям, где космонавты вместе с посетителями совершат миссию по обслуживанию телескопа Hubble. В 4D-кинотеатре можно почувствовать неровность лунного грунта и запах космоса во время легендарного приземления «Аполлона-11» на Луну.


— Концепция «универсального музея» всегда наталкивается на чисто физические ограничения. Как показать публике «гумбольдтовский космос»?

— Концепция «универсального музея» принадлежит основателю нашего музея Оскару фон Миллеру. Он желал создать на этом месте нечто вроде доступной энциклопедии или интерактивного словаря. И мы от этой идеи не собираемся отказываться.


Александр фон Гумбольдт — немецкий естествоиспытатель, географ и путешественник. Изучал естествознание, экономические науки, право и горное дело в университетах во Франкфурте-на-Одере и Гёттингене. Выполнил разносторонние исследования природных ресурсов, географии, климата, животного и растительного мира, этнографии, истории, промышленности стран Америки, Азии и Европы.

Попытался обобщить все научные знания о природе Земли и Вселенной в монументальном труде «Космос». Его Гумбольдт считал делом всей своей жизни — выразил в четырех томах понимание физического мира и проповедовал взгляд на природу как на целое, в котором многообразие находится в единстве.


Конечно, у нас не безграничные площади и поверхностей для выставок недостаточно, но это дело чести — показать все разделы науки и технологий. Данный принцип сработает, если полностью отдаться постоянному процессу обновления и не бояться отказываться от тем, которые не сыграют большой роли в будущем.

У нас была внушительная постоянная выставка на нефтегазовую тему, но теперь мы от нее отказались, и посетители не жалуются. Еще была большая выставка ткацкой техники с десятками станков. Разумеется, без ткацкого станка об истории индустриализации рассказать невозможно, но для этого не требуется такого количества.

Так что это своеобразный процесс эволюции: существует множество важных научных и технологических тем, которые выживут в музее до конца как самые значимые и перспективные. При этом цифровой мир предлагает возможность показывать многие вещи в виртуальном пространстве. И это один из путей, по которому мы тоже двигаемся.

«Мы не только выставляем новые технологии, но и пользуемся ими»

— Сколько выставок проводится в Немецком музее одновременно и как часто их меняют?

— Сейчас только на Музейном острове открыто больше 30 выставок, к этому числу нужно добавить выставки на тему воздухоплавания и покорения космоса на воздушной верфи в Шлайсхайме. Кроме этого, очень большая выставка на тему наземного транспорта — в нашем Центре транспорта. И плюс еще экспозиция о современных немецких технологиях в Бонне.

Вольфганг Хекль

Наш новый «музей будущего» откроется в Нюрнберге к концу 2020 года. В связи с этим во всех местах проводятся специализированные выставки — например, «Космическое кафе» на Музейном острове, которое бьет все рекорды по количеству гостей. Специальные выставки масштабом поменьше меняются каждые полгода, большие экспонируются от года до двух.

— Какую пользу может принести платформа Arduino в музейном деле?

— Новые технологии интересуют нас не только с точки зрения выставочной ценности. Они предлагают совершенно новые дидактические возможности. Например, можно оживить экспонаты с помощью технологий виртуальной реальности, погрузив зрителей в ту среду, где они обычно используются по назначению. При этом огромная паровая машина не останется лишь выставочным образцом, можно представить ее в действии, на фабрике. С дополненной реальностью многие предметы на выставке будут восприниматься в контексте, а современное управление при помощи программирования — это важнейший инструмент для множества уникальных демонстраций.


Arduino — платформа для построения простых систем автоматики и робототехники, ориентированная на непрофессиональных пользователей. Программная часть состоит из бесплатной оболочки для написания программ, их компиляции и программирования аппаратуры. Аппаратная часть представляет собой набор смонтированных печатных плат. Полностью открытая архитектура системы позволяет свободно копировать или дополнять линейку продукции Arduino. Может использоваться для создания автономных объектов и подключаться к компьютерам через стандартные проводные и беспроводные интерфейсы.


Раз уж мы заговорили об Arduino: в наших электронных мастерских с восторгом используют их платы, допускающие максимально гибкое применение. При этом дети и молодежь, посетившие музей, могут поработать в специализированных лабораториях и экспериментальных мастерских. В собраниях музея есть даже одна из первых плат Arduino. Как говорится, мы не только выставляем новые технологии, но и пользуемся ими — и для музея, и для посетителей.

— Вы используете технологию фазированной решетки для неразрушающего контроля скульптур? Как получилось, что она перекочевала в музейное дело из «оборонки»?

— Неразрушающие проверки состояния всё чаще применяются не только в медицине, но и для исследований в области культуры. Для обследования крупных экспонатов мы используем огромные компьютерные томографы. Потому что очень часто обследуемые объекты замурованы под слоями краски или их невозможно разобрать, не повредив.

Три наших известных экспоната — один совершенно уникальный BMW, подлинный планер Отто Лилиенталя и ракетный истребитель Ме.163 — просвечивали в огромной установке для компьютерной томографии. Отчасти благодаря этому обследованию удалось получить даже новую информацию об истории данных экспонатов, а также выяснить важные моменты: каким образом строить их реставрацию и в каких условиях их лучше экспонировать.

BMW 328 Wendler во время неразрушающей проверки с помощью КТ

BMW 328 Wendler — первый немецкий автомобиль, появившийся в конце 1930-х годов и имевший аэродинамическую конструкцию кузова. Лазерное 3D-сканирование и компьютерная томография XXL ответили на важные вопросы об истории и оригинальности автомобиля.

Карл Вильгельм Отто Лилиенталь — немецкий инженер XIX века, один из пионеров авиации, объяснивший причины парения птиц. Создал науку о планеризме. Сам строил планеры и совершил на них более 2 тыс. полетов. В 1896 году смелый испытатель разбился. Планеры Отто Лилиенталя копировали устройство крыла птицы.

«Мессершмитт Ме.163 Комета» — единственный в истории авиации самолет-бесхвостка, оснащенный жидкостным ракетным двигателем. Кроме этого, он имел и другие особенности: например, узкая специализация — дневной перехватчик для борьбы с бомбардировщиками союзников, способный развивать рекордную для того времени скорость и скороподъемность. После взлета самолет сбрасывал шасси, а приземлялся на выдвижную лыжу. Из-за малого количества топлива самолет не мог совершить повторный заход на цель.


Музей как научно-исследовательский центр

— Музейные объекты из нитроцеллюлозы очень тяжело сохранить. В Немецком музее проводится эксперимент по специальным условиям хранения таких экспонатов. Как удается остановить их разрушение?

— Интересно, что вы спросили об этом. Это действительно серьезный вопрос для нас. Поскольку в Немецком музее собралось столько технических экспонатов, играет роль и тот материал, из которого они изготовлены, а также способы уберечь от распада искусственные материалы.

Экспонаты, частично или полностью изготовленные из нитрата целлюлозы, — важнейшая часть нашего собрания, но нестабильный материал сохранить непросто. В процессе разрушения нитрата целлюлозы освобождаются токсичные газы, и угроза для материалов, расположенных в непосредственной близости, также растет.


Целлулоид — пластмасса на основе нитрата целлюлозы, содержащая пластификатор (касторовое или вазелиновое масло, синтетическая камфора) и краситель. Целлулоид применялся для изготовления кино- и фотоплёнки, планшетов, линеек, корпусов музыкальных инструментов, различных галантерейных товаров и игрушек. Долгое время служил материалом для изготовления мячей для настольного тенниса.

Особенности целлулоида — высокая горючесть и разлагаемость с течением времени из-за нестойкости пластификаторов.


Мы разработали специальные условия хранения, чтобы законсервировать подобные объекты на долгий срок. Чем ниже температура, при которой они хранятся, тем сильнее замедляются химические процессы распада. Мы надеемся, что сможем разработать для музеев руководства, которые позволят сохранять эти нестабильные материалы для будущих поколений.

— В музее применяется метод очистки экспонатов при помощи неравновесной плазмы атмосферного давления. Плазма — это ведь что-то очень раскалённое, разве она не наносит вред материалу?

— Мы пробовали чистить атмосферной плазмой пластиковые поверхности компьютеров в рамках одного из исследовательских проектов. Со временем эти поверхности из искусственных материалов приобретают желтизну. Плазменная низкотемпературная горелка, которую мы применяли, была разработана специально для работы с культурными ценностями. Соответственно, очистка не проходила при высоких температурах и считалась безопасной. Другое дело, что результаты опыта показали, как оригинальная текстура материалов меняется из-за этого способа очистки. Мы, разумеется, стараемся избегать подобного исхода.

Дети в музее: кто все это чинит

— Помимо осмотра экспонатов, посетители Немецкого музея принимают участие в экспериментах и практических занятиях. У меня один вопрос — кто потом всё это чинит?

— Немецкий музей — это пространство для совместных действий. Тут имеются мастерские и лаборатории для экспериментов, и предназначаются они не только для детей. Имеются научные шоу, демонстрации с электронными микроскопами. Есть даже лаборатория ДНК, где посетители могут поэкспериментировать с собственными образцами. Сотрудники присутствуют постоянно, они подготавливают все эксперименты и дают пояснения.

— Огромная часть посетителей музеев — дети. Как вам удается сохранить экспонаты и не убить интерес детей к выставке?

— Мы гордимся тем, что у нас столько юных посетителей. Нам приходится со многим мириться, так как эти дети — будущее мира, а значит, науки и техники тоже. И мы хотим, чтобы дети тоже могли что-то потрогать и попробовать, ведь это всё же интерактивный музей. Все муляжи должны изготавливаться очень прочными, чтобы выдержать потребность целого класса их потеребить, но наши мастерские в курсе и могут такие изготовить. Мне важно, чтобы музей был живым, со множеством маленьких человечков, пусть даже кто-то из них время от времени что-то разносит. Вещи можно починить.

Вольфганг Хекль

Естественно, не нужно давать пятилетке играть с микроскопом Левенгука. Есть золотая середина: незаменимые экспонаты и в принципе экспонаты нужно держать защищенными, но если вы хотите стопроцентную защиту всего, то не сможете ничего выставить или пустить зрителей в музей.


Антони ван Левенгук — нидерландский натуралист, конструктор микроскопов, основоположник научной микроскопии, исследовавший с помощью своих микроскопов структуру различных форм живой материи. Он умел производить линзы, увеличивающие в 200–270 раз. Линзы закреплялись на специальном штативе, так как для необходимого увеличения важно, чтобы исследуемый объект находился точно напротив линзы и на определенном расстоянии от нее. За свою жизнь Левенгук изготовил более 200 микроскопов.


— Сколько вообще молодых людей, например, в возрасте до 18 лет, посещают музей? Не отнимают ли они хлеб у экскурсоводов, прочитав обо всех экспонатах в сети?

— 45% наших посетителей — молодежь. И нет, эти 750 тыс. гостей не отбирают работу у наших гидов, наоборот, готовы своими вопросами им плешь проесть. Некоторые, конечно, могут прийти в восторг от нашего новейшего приложения и, скорее, будут руководствоваться им при путешествии по музею. Тут уж кому как нравится. У нас есть лаборатории для гостей, в которых они играют, мастерят, пробуют программировать и ставить эксперименты. Для самых маленьких посетителей есть их собственный детский мир, там разрешается играть, сколько душе угодно.

Музейное будущее

— Посещение современных музеев ничем не отличается от виртуальной экскурсии, большинство экспонатов находится за стеклом или вообще на складах. На ваш взгляд, интернет или VR со временем похоронят музеи?

— С этой точки зрения наш музей совершенно особенный. У нас, конечно, можно пощупать не каждый экспонат, но мы как раз музей для тех, кто хочет трогать и пробовать. Немецкий музей обратил на себя внимание благодаря высокой интерактивности, и этот уровень таким и останется. У нас можно посмотреть в микроскоп, и если даже для оригинального экземпляра такое нежелательно из-за его ценности, мы создадим его точную копию либо муляж, которые можно трогать.

При этом технология виртуальной реальности дает музею дополнительные возможности: к примеру, посетители у нас могут оказаться в невероятно достоверной симуляции путешествия по лунной поверхности или лично пилотировать планер Лилиенталя. Мы довольно далеки от традиционных музеев с витринами, вернее, гораздо дальше, чем подавляющее большинство других музеев.

И, кроме того, есть что-то такое, что мы назвали бы аурой от оригиналов. И она только усилится для большинства людей. Вы можете увидеть через интернет многие вещи, но кто даст вам гарантию, настоящее ли то, что вы там увидели? В музее вещи всё еще имеют настоящее содержание и истинную ценность. Вы можете сами убедиться: у нас тут действительно есть, к примеру, первый дизельный мотор. Ситуация интернета такова, что вы даете себя обмануть каждому, кто рассказывает вам, как было найдено одно или другое.

И наконец: пока вы стоите в зале с мощными машинами, сами можете наблюдать, как крутятся колеса гигантских паровых машин, слышите шум воды, бегущей под мельничными жерновами, можете понюхать нефть. После этого вы можете спросить музейного сотрудника, как же функционирует паровая машина, всё это вы найдете только тут, а не в интернете.


До недавних пор музеи были местом, где ничего нельзя трогать. Кроме того, даже посмотреть на большую часть экспонатов было невозможно, так как они хранились в запасниках музея и не всегда демонстрировались публике. Но новые технологии и разработки в области пользовательского интерфейса полностью перевернули эту концепцию. Теперь на современных выставках и в музеях применяются технологии, побуждающие посетителей остаться и даже поиграть с экспонатами:

  1. Интернет совершил революцию в музейном деле. Теперь вы можете совершить экскурсию по музею из любой точки мира и осмотреть даже те экспонаты, которые находятся в музейных хранилищах.
  2. AR/VR — иммерсивные технологии, дополненная и виртуальная реальности позволят вам почувствовать атмосферу эпохи или событий, связанных с тем или иным экспонатом, стать их непосредственным участником.
  3. Искусственный интеллект даст возможность «пообщаться» с непосредственными участниками исторических событий и расскажет о них самую подробную информацию.
  4. Аддитивные технологии — трехмерная печать помогает воссоздать экспонаты, дать посетителям возможность физического контакта с ними или даже взять их себе на память.
  5. Движения рук, шаги, прикосновение и даже голос теперь могут дать вам аудиовизуальный и сенсорный опыт, который поразит вас информацией и расскажет свою историю.

Загрузка...