;
Кейсы 23 июня 2020

Местоположение — дом: как геолокация изменила жизнь на карантине

Далее

Из-за пандемии, режима самоизоляции и перехода на дистанционную работу связи между людьми меняются. Одни называют это глубокой медиатизацией, другие — тотальной цифровизацией, третьи — новой экранной экономикой. Специально для наблюдения за пациентами с COVID-19 российское правительство создало приложение «Социальный мониторинг», у которого есть доступ к геолокации пользователя. Для выхода из дома другим гражданам нужно оформить электронный пропуск: теперь государство знает, если вы решили навестить родственников. Похожие практики внедряют и другие страны. Кандидаты социологических наук Константин Глазков, Андрей Корбут и Алиса Максимова рассказывают о современных трендах в разработке «большого брата», опасностях, которые принесла пандемия, и онлайн-митингах.

Технологии, которые помогают нам быть вместе в эпоху COVID-19, могут полностью изменить привычный быт. Создатель сериала «Черное зеркало» Чарли Брукер признает, что сейчас нет особого смысла делать новые эпизоды: весь мир напоминает одну сплошную цифровую дистопию.

Нас просят соблюдать дистанцию, не путешествовать и не выходить из дома — в новой реальности геолокация стала ключевым фактором безопасности.

О дивный глобальный мир

Благодаря онлайн-картам весь мир становится как на ладони: можно заглянуть в любую точку планеты, прогуляться по улицам мировых столиц и даже рассмотреть росписи в египетских гробницах. Но геопозиционирование сильно привязывает нас к земле: карты подсказывают ближайшие магазины, новостные агрегаторы рассказывают о районных новостях. Поток информации сужается в зависимости от местоположения.

Пандемия коронавируса вывела проблему расстояний на первый план. Весь мир внезапно стал геолокализованным. Благодаря технологиями и инициативам вроде проекта Университета Джона Хопкинса можно следить за глобальной и локальной динамиками заражений, но мобильность граждан при этом резко снизилась.

Люди потеряли возможность перемещаться, а расстояния и места становятся «опасными» и «безопасными» –– с точки зрения заражения и полицейских санкций. Несмотря на глобализацию, в таких условиях региональные различия могут не только не исчезать, но даже усиливаться — что английский социолог Роланд Робертсон назвал глокализацией.

Технологии контроля

В условиях пандемии геолокация стала одним из главных средств для контроля за соблюдением режима самоизоляции. Цифровые пропуска и камеры, которые штрафуют за отклонения от заявленного маршрута передвижения, и электронные браслеты с тюремными ассоциациями — только часть доступных технологических решений, которые предлагают или реализуют госрегуляторы.

Чаще всего для контроля используются данные о местоположении мобильных телефонов. В Китае применяются дроны, в Гонконге — браслеты, в Польше и Сингапуре — мобильные приложения, в Южной Корее — сведения об операциях по банковским картам и записи видеокамер.

При введении противоречивых требований или ограничений правительства ссылаются на успешный опыт других стран. Уверенности в том, что технологии слежения будут и дальше использоваться во благо, нет. Неизвестно, действительно ли персональные данные хранятся с нужным уровнем защиты.

В условиях пандемии привычные разработки тоже могут использоваться по-новому. При оформлении протокола о нарушении самоизоляции полицейские в Москве фиксируют местоположение человека по «Яндекс.Картам», чтобы проверить, насколько далеко гражданин отошел от дома.

Еще один пример — неофициальная карта Mash, на которой указаны адреса госпитализированных с COVID-19. В интернете и СМИ развернулась дискуссия о том, насколько законно и этично разглашать эти данные. Но дело в другом: спрос на такую информацию говорит о том, что людям хочется знать, какие места считаются «заразными», чтобы потом их избегать. Мир распадается на набор четко очерченных локаций.

Обратная сторона цифрового контроля — технологии спасения, мониторинга и безопасности. Хороший пример — инициатива поисково-спасательного движения «Лиза Алерт». Использование данных геолокации с мобильных телефонов для оперативного поиска пропавших детей может спасти больше жизней.

Пандемия мобилизовала крупные ИТ-компании. Apple и Google решили объединить усилия и запустили сервис для отслеживания контактов инфицированных. Индекс самоизоляции Яндекса отслеживает, сколько человек сегодня остались дома. Такой индекс не только воспринимается как рекомендация, но и конструирует ощущение сопричастности и поддержки — «не ты один сегодня никуда не идешь». Однако при этом индекс может расходиться с реальностью: он показывает одно, но на улицах и в магазине можно увидеть другое.

Граждане, расходимся!

Геолокация не только привязывает к месту. Она позволяет быть там, где тебя нет. У такой опции есть название — GPS spoofing (от англ. spoof — «подделка» — «Хайтек»). Фейковое местоположение дает людям собираться в тех местах, где в реальной жизни это сделать нельзя.

Использование геолокации для «посещения» удаленных мест (то есть геолокация наоборот: вместо «я здесь» — «я везде») с точки зрения правительств или ИТ-компаний считается читерством и надувательством. Нашумевшей историей последнего месяца стали онлайн-митинги: они прошли на картах многих российских городов благодаря сервису «Разговорчики».

«Разговорчики» — сервис, который встроен в «Яндекс.Навигатор» и позволяет оставлять небольшие реплики на карте. Свой коммуникационный потенциал он показал еще в 2015 году, когда дальнобойщики заблокировали МКАД в качестве акции протеста против запуска системы «Платон». Другие автомобилисты разделились на тех, кто поддерживал протестующих и оставлял подбадривающие комментарии на карте, и тех, кто осуждал блокировку дороги.

На этот раз «Разговорчики» позволили горожанам, которые сидят по домам, «собраться» на центральных площадях своих городов. В случае Москвы — в Кремле и на Красной площади, что немыслимо из-за режимного статуса объектов. Такая опция была оперативно исправлена: модераторы сервиса начали удалять комментарии, а сама возможность оставлять реплики на карте стала ограничена радиусом местоположения пользователя.

Есть и политически нейтральные примеры спуфинга. Например, почти все акции к Дню Победы прошли в онлайне. Среди них можно выделить акцию «Сад памяти»: в память о погибших на войне родных и близких пользователям предлагалось нанести дерево на интерактивную карту.

Карты хорошо подходят для коммеморативных практик, так как позволяют прикреплять смыслы к конкретным «местам памяти». Такие практики теперь отражаются в диджитале — например, в геолокационных играх Ingress the Game и Pokémon Go. В копиях кампусов реальных университетов в Minecraft проходят выпускные, реальные музеи призывают добавлять их экспонаты в «игрушечные» выставки в Animal Crossing, а для ежегодной первомайской акции «Монстрация» было разработано специальное приложение.

Университет Беркли в Minecraft

Пандемия дала новый толчок технологиям. В основном это затронуло те технологические направления, которые уже сейчас активно используются в борьбе против коронавируса: искусственный интеллект, интернет вещей, большие данные, виртуальная реальность, голография, облачные вычисления, 3D-сканирование и печать, автономная робототехника и биосенсоры.

Технологии геолокации и геопозиционирования в их числе. Дать однозначный ответ, к чему приведет их развитие –– к «цифровому концлагерю» или новым возможностям, пока сложно.


Читайте также:

Кем был первый организм на Земле? Забудьте все, что знали о зарождении жизни

Посмотрите, какие органы коронавирус атакует первыми и как это происходит

Посмотрите фотографии затмения, которые сняли по всему миру

Загрузка...